7 Июл
2014

Колейта «Graham’s» по умопомрачительной цене

На страницах блога много писано о брендах, о винах, и о истории семьи – династии Симингтонов – пожалуй, самой влиятельной семьи в мире портвейна. Напомню только один факт. В 1882 восемнадцатилетний Эндрю “AJ” Симингтон прибыл в Португалию и начал строить свою карьеру в качестве рядового сотрудника дома портвейна Graham’s. Тёзка Андрея Портвейныча, однако. Биография этого человека – это история большого труда и большого успеха. По прошествии 40 лет, в 1920-х годах, Эндрю Симингтон решил купить 4 бочки портвейна счастливого для него и для семьи 1882 года.

 

Вино сохранилось… Правда, уже не четыре бочки, а три (550 литров каждая). Почему? Основная причина – естественное испарение, которому и стенка бочки не помеха. Сорокалетний тони теряет 25 % своего объёма! Вторая причина – портвейн время от времени дегустировали. Винный мастер обязан следить за тем, как развивается вино в бочке. А может быть, владельцы кому-то из близких рюмашку подносили – кто знает? Возможно, небольшое количество вина использовали для купажей редких и старых тони. Но факт – осталось три бочки.

Было принято решение пустить портвейн на продажу …

Колейта Graham’s «Ne Oublie»

Колейта – это бочковой портвейн выдающихся лет. В бочках может существовать очень долго, чему потверждением наш случай. Назвали портвейн «Ne Oublie». Переводится эта латынь как «не забудем не простим» «не забывай» или «никогда не забывай». Это девиз клана Грэмов – шотландского равнинного рода, ведущего своё происхождение из Нормандии. Известен Уильям де Грэм (De Graeme), норманнский дворянин, который прибыл на берега туманного Альбиона в 1128 году.

Итак, колейта была разлита в 656 хрустальных графина производства португальской фирмы «Atlantis». Серебряные кольца на горлышке декантера и ободок пробки с гравировкой изготовлены шотландскими серебряных дел мастерами «Hayward & Stott», a коробка ручной работы с отделкой кожей была заказана у английской компании «Smythson». Всё это было не случайно: три страны, с которыми связана судьба династии Симингтонов, участвовали в создании шедевра. Коробочка, кстати, одна стоит полтысячи британских фунтиков.

 

колейта

Но это всё гламурный внешний образ, упаковка, обрамление… А что внутри? Внутри портвейн необычайной глубины и концентрированности с пышным букетом. Это всё, что известно. Продегустировать шансов у Андрея Портвейныча нет никаких… Подробную информацию о колейте можно почерпнуть на спецсайте, только ей и посвящённой. Есть прекрасно отснятые промо-ролики, с любовью к стране, земле, вину… Рекомендую!

Эпилог: за что платят?

Вот примерная отпускная цена колейты: 7500 долларов США за графинчик. Это абсолютный рекорд (пока) для мира портвейна. Далеко не первый сверхдорогой, коммеморативный (памятный) портвейн. Были примеры. С 2009 года рекордсменом была колейта Taylor’s Scion 155-летней выдержки, которую всё ещё можно купить за сумму в 3000+ долларов. Есть юбилейные колейты стоимостью в несколько сотен, которые были встречены коллекционерами благожелательно.

Продажи этих дорогих напитков, как думает Андрей Портвейныч, были настолько успешны, что у портвейновых маркетологов родилось ощущение беспредельности цены в сегменте luxury. Выпустили портвейн за тысячу – его размели. Выпустили за три – отлично пошёл. Где предел? Чем измеряется тщеславие, насколько глубока жажда обладания эксклюзивом? На простом языке – где предел понтов? Колейта за 7000 лучше колейты за 1000 не в семь раз, а на шесть тысяч. На деньги. Не на вкус – вот этого вы даже не ощутите при сравнении, если будете честны сами с собой. Впрочем, есть коллекционеры и есть инвесторы, со своей логикой.

Ах, не помню, где читал … правда это или байка, но история такова (деталей не помню): один московский предприниматель средней руки встречал француза-партнёра, в Москве. Перед этим он разжился пустой бутылкой «Петрюс» (полная бутылка стоила несколько тысяч у.е.), которую бросил на заднее сиденье под ноги и пару пластиковых стаканчиков туда же, несвежих. Французик по дороге из Шереметьево бутылочку нащупал, потому как мешала, осознал марку и выслушал ответ от нашего предпринимателя: «да так, вчера с клуба ехали, раздавили на посошок. Делов-то…». Глаза у французика стали квадратные и подписал он всё, что у него просили.

Что касается инвестиций: а я думаю, что это уже зона риска. Лучше купить три-пять ящиков Noval National и наблюдать за динамикой цен 20 лет. Не спеша. А покупать портвейн по 7 килобаксов за 1 графин/бутылку… Не будет он расти в цене такими же темпами, а может и вообще не будет. Но, есть у меня ощущение, что мы увидим ещё портвейн и за 10 тысяч…

Кстати, не все три старинные бочки были разлиты по декантерам! Ещё осталось: для подрастающего поколения Симингтонов и наследников. Через многие десятилетия они будут стоять у руля бизнеса и определять судьбу этого редкого портвейна.

23 Июн
2014
Опубликовано в: Он, родимый
От    Нет комментариев

Белый портвейн – сухой как ветер…

Как гласит старая португальская пословица, «у портвейна два предназначения – быть красным и быть выпитым». Действительно, красные портвейны по объёму производства безусловно лидируют, но и у белого портвейна есть и были свои почитатели.

Кстати, Российская империя импортировала почти исключительно дешёвый белый портвейн. До 1907 года это были существенные объёмы, но в том году царское правительство решило защитить крымского производителя и ввело на португальский портвейн заоблачную, немыслимую пошлину в 60 фунтов за 1 бочку – пипу (550 литров). По сути, запретительная пошлина. Можно даже поиграть в историка и подумать, кто пролоббировал это решение и кто был конечным выгодополучателем в торговле крымскими портвейнами, но не буду пока.

Наверное, после 1907 года тоненький ручеёк португальского портвейна состоял почти полностью из премиальных вин и был ориентирован на потребителя, у которого патриотизма в голове было поменьше, а вкуса к жизни поболей, и для которого цена не имела значения.

Гораздо интереснее помыслить, почему жители Российской империи, русские, всегда предпочитали белый портвейн красному, в отличие от британцев, датчан и прочих? Нет ли здесь какой-нибудь мистической подоплёки? Или всё проще: с Петровских времён, когда первые вина стали проникать в Россию, это были преимущественно рейнские, мозельские, и прочие исключительно белые вина, посему сложился стереотип: белое вино – пианства ради, а красное – токмо церковных нужд для? Что в Крыму, что на Ставрополье выращивали преимущественно белые сорта винограда…

Да вот ещё: совсем не понятно, какой белый портвейн привозился до 1907 года в Россию. Дело в том, что тогда в долине Доуру обильно выращивался виноград сортов Muskatel de Hamburgo и Muscatel de Jesus, из которого тогда и делали креплёные вина, которые даже непонятно как назвать: по географическому принципу это будет белый портвейн, по вкусовой гамме – португальский мускат. Вот это вино, портвейн-мускат, почти полностью экспортировалось в Бразилию и Россию. В 21 веке только крохотные участки долины Доуру отведены под посадки сортов мушкатель, хотя португальские мускаты из других регионов великолепны! Если интересно, адресую вас к моей доброй знакомой Валерии Зеферино, которую я считаю ведущим русскоязычным экспертом по Португальским мускатным винам. Устроит вам роскошную экскурсию, если пожелаете.

Сейчас почти весь белый портвейн долины Доуру производится из сортов Codega (6 % всех виноградников долины) и Мальвазия фина (4 % всех посадок долины). Codega выращивают в основном в регионе верхней Доуру. Сорт устойчив к жаре и даёт хороший урожай по 2-3 кг с лозы. Некоторые, совсем мало распространённые сорта, как Rabigato (придаёт вину свежую кислотность), Fernao Pires, Moscatel Galego Branco и другие белые сорта также используют для производства белых же портвейнов.

Особенности производства белого портвейна

Белый портвейн в целом производится точно также, как и красный. Однако, при производстве красного, колоссальное внимание уделяется тщательной мацерации. В бродильной ёмкости, будь то лагар, в котором топчутся радостные граждане, или стальной бак – не важно, во время брожения сусла последнее должно быть в контакте с мезгой по максимуму. Это нужно, чтобы из кожицы и косточек в сусло попало большинство красящих веществ, танинов, и прочего и прочего хорошего и ценного.

При производстве белого винограда этот процесс, наоборот, стараются сократить, отделяя сок от мезги, чтобы тот побродил потом отдельно. Зачем? Ну, затем, что белые портвейны по стилю должны быть лёгкими, более сухими, цвета бледного, а не золотого. Такой метод называется bica aberta. Чтобы получить сухой портвейн, срок ферментации удлиняют, чтобы сахара сусла переработались дрожжами по-максимуму. Брожение, происходящее при температуре меньшей, чем принято для красных портвейнов, останавливается добавлением агуарденте – бренди, после чего юный белый портвейн отправляется на отдых в стальные чаны, иногда – в бочки.

Обычный белый портвейн, судьба которого быть выпитым на аперитив или найти себе пару в шейкере, не выдерживается долго… Но крохотная часть белых портвейнов высшего качества отправляется на десятилетия в бочки, бывает выдержка 10, 20, 30 и 40 лет, есть колейты у тех нескольких производителей, которые занимаются выдержанными белыми портвейнами. Я писал о них – вот здесь (Dalva) и здесь (кинта Св. Ефимии).

Белый портвейн условно подразделяется на ряд категорий по критерию содержания сахара: «Lagrima» – очень сладкий портвейн, за ним идут сладкий, полусладкий, сухой и очень сухой (extra dry). Все они по крепости 19 – 22 % алкоголя, за исключением специальной категории, известной как портвейн leve seco (полусухой, я думаю), который по крепости 16,5 % алкоголя. Это просто так сложилось исторически.

Очень сухой портвейн, аперитив в чистом виде, когда-то подававшийся в Португалии перед трапезой, а теперь ставший популярным по всему миру напитком, особенно хорош, как ингредиент коктейлей. О таком портвейне и пойдёт речь ниже.

Белый портвейн Fonseca Sirocco

Ветерок, рождающийся в африканских пустынях, приносит в страны южной Европы пыль из Сахары, зверскую жару, томление души и нервные расстройства… В Рагузской республике, которая когда– то существовала на Адриатическом побережье (теперь это Хорватия), судьи давали более мягкое наказание для преступников, совершавших свои злодеяния в период сирокко… Иссушающий южный ветер, имя которому – Sirocco. Символ всего сухого, образ. Не удивительно, что маркетологи Дома Fonseca решили так назвать свой экстра — сухой портвейн.

Этот портвейн – классический аперитив. Купажированное вино лотов из разных хозяйств. Основной сорт винограда — Malvasia Fina, небольшая доля других сортов: Gouveio, Viosinho, Rabigato и Arinto. Созревал в небольших бочках; срок выдержки мне неизвестен, но он не слишком велик, несколько лет. Цвет нежно соломенный, букет деликатный, фруктово – древесный.

Пить охлаждённым! В жару – самое то. Можно налить в бокалы для белого вина. Недорог. Идеален для коктейлей, а вот самый простой рецепт:

  • В высокий бокал (хайболл) щедро бросить кубики льда;
  • Налить по 100 мл (или иное количество, но доверху) портвейна и тоника (хорошего);
  • Добавить дольку лайма и пару листиков мяты.

Похоже на мохито? Да, похоже, но вкус всё-таки другой, портвейн и ром всё-таки разные напитки. В качестве лёгкого сопровождения к портвейну уместны солёные орешки, но может подойти и к некоторым блюдам.

Белый портвейн Fonseca Sirocco многие знатоки считают самым сухим портвейнов из всех производящихся. Ближайший достойный соперник: Churchill’s White Port Dry Aperitif, но у других именитых производителей также можно встретить сухие и очень сухие белые портвейны.

14 Июн
2014
Опубликовано в: Он, родимый
От    Нет комментариев

Португальский портвейн для любителей коктейлей

Несмотря на то, что Андрей Портвейныч — убеждённый алко-пурист, он с уважением относится к любителям коктейлей. Если посмотреть незашоренным взглядом, то вся история еды и напитков, это история смешивания… Да что далеко ходить, а сам португальский портвейн: ведь бренди — агуарденте добавляют в сусло, правда? Агуарденте в своём роде уже сам по себе напиток, не так ли? Ну вот и получаем смешивание… В пору щенячей юности мне довелось пережить моду на коктейли, а в памяти остался лишь один: «Северное сияние». Убойная смесь водки и шампанского достаточно быстро действовала на юный организм, но также быстро эффект коктейля улетучивался во время энергичных дискотечных конвульсий под Smokie, или АBBA, или что там ещё было… Но бывают ли настоящие, вкусные коктейли с портвейном?

Я думаю, что для любого коктейля, помимо удачного рецепта, очень важно качество составляющих его ингредиентов. Это залог того, что смешивание даст новый вкус, новую гармонию и новые эмоции.

Во время блужданий сети наткнулся на вполне себе профильный американский сайт, который посвящён коктейлям на основе портвейна. Сайтом владеет авторитетная виноторговая компания «Kobrand» из Нью-Йорка, которая была основана в далёком 1933 году. Компания — эксклюзивный дистрибьютор на территории США брендов, принадлежащих «Taylor Fladgate» Адриана Бриджа: портвейнов «Taylor’s» , «Fonseca» и «Croft».

На этом сайте, который я горячо рекомендую любителям коктейлей, имеется чудно оформленная и подробная рецептура — коктейли не только с белым или розовым портвейнами, которые чаще всего используют, но и с другими типами портвейна. Разумеется, никому в голову не придёт делать коктейль с винтажным портвейном или старой колейтой — эти напитки шедевральны сами по себе. Но всё остальное в коктейлях вполне уживается.

Кстати, известно, что Франция — один из основных потребителей белого португальского портвейна. А вот пьют его как аперитив, часто — в виде коктейля. Популярен в мире «портоник» — белый сухой портвейн + тоник + лайм. Проще некуда, а вкусно!

  Часть рецептов на сайте представлены «от» David Wondrich — это такой прикольный чувак, которого называют «ходячей энциклопедией» коктейлей. Эксперт, могучий американский эксперт по этому делу. Колумнист в Эсквайр, пишет в «Bon Appetit», «Wine & Spirits», «Marie Claire» и ещё много где, издаёт книжки о коктейлях.

В футере (то есть «подвале») этого американского сайта, рядом с социальными кнопками, есть ссылочка — можно закачать гид по коктейлям с портвейном в формате PDF. Небольшой, но милый. Рекомендую, если английский вас не смущает.

31 Май
2014

Судьба «Массандры»…

Гнушается ли Андрей Портвейныч Массандровских портвейнов? Нет, отнюдь не гнушаюсь. Да, я знаю, что это не совсем портвейн, а скорее эрзац-портвейн, это другая технология, другой виноград, почвы и климат, но … слишком много в жизни связано с этим брендом. Крымские «портвейны» — это вещь в себе: они по своему уникальны и не претендуют на состязание с настоящим португальским вином. За последний век крымский портвейн стал наполовину напитком, наполовину культурологическим феноменом, поэтому относится к нему и к его качеству нужно спокойно.

Маленький совет из моего опыта для тех, кто открывает бутылку крымского портвейна: декантируйте заранее! Перелейте хоть за день, хоть за полдня до употребления в графин, пусть там поплюхается (я даже встряхиваю графин периодически). Спиртовые тона уйдут, не такой «злой» будет букет. А перед употреблением слегка охладите.

Вот репост: нашёл в сети, в крымском еженедельнике «Республика», свежее интервью генерального директора «Массандры» Николая Бойко корреспонденту информагентства «Интерфакс» Дмитрию Жмуцкому. Непростые размышления человека, душой болеющего за судьбу предприятия в это судьбоносное для Крыма время… Много интересных фактов, которые и я, к стыду своему, раньше не знал, да и узнать о них было особо негде.

Николай Бойко: «В России наши вина – это винный напиток…»

«… словно в России нас никто не ждет»

– Николай Константинович, что изменилось для «Массандры» после вхождения Крыма в состав России? Как это отразилось на работе предприятия?
– По духу мы россияне, и, конечно, есть эйфория. Мы счастливы, что вернулись на Родину. Но мне как «красному директору» важно отделить эмоциональную часть от конкретных факторов, влияющих на работу предприятия. Мы мечтали, что «Массандра» украсит своими винами российский рынок – уже не как импортер, а как свой, родной, отечественный производитель. Но оказалось, что за 23 года, пока мы жили в разных квартирах, российское и украинское законодательства, регулирующие рынок алкоголя, разошлись в разных направлениях. И сейчас я вижу – с удивлением, с тревогой, даже с ужасом – что мы со своей продукцией не вписываемся в российское законодательство.

Крепленые вина, которые мы крепим хлебным или свекловичным спиртом, это, по российским нормам, «винный напиток». Представляете, наш всемирно известный «Мускат белый Красного камня» – это «винный напиток»! Наша гордость – кагор «Южнобережный», мадера «Массандра», херес «Массандра» – это все «винные напитки»! Наш красный портвейн «Ливадия» – любимый портвейн Николая II – стал «винным напитком»!

Подробнее…

26 Май
2014
Опубликовано в: Он, родимый
От    Нет комментариев

Просто хороший португальский портвейн. Но разве этого мало?

Хорошие, добротные вещи по честной цене сейчас — редкость. Куда не глянь, везде тебе пытаются впарить какую-то фигню с конским ценником. Я, кстати, до сих пор не могу понять, как можно платить полтышши и больше полноценных у.е. за плоскую прямоугольную коробочку, которая сделает тебя СВОИМ приложением, заменит тебе семью, лучшего друга, собаку и радость живого общения. Да-да, когда говорят «мобильное приложение», подразумевают программу для смартфона, но это не так! Вы сами — и есть мобильное приложение к мигающей коробочке. Потратьте полтышши на собаку, право. Или на португальский портвейн – хватит на годовой запас! За эти деньги можно взять один винтаж (для особых случаев), пару старых бочковых тони или LBV плюс дюжину бутылок special reserve или хороших руби… Это даст вам минимум 50 часов/год искреннего и приятного общения с близкими вам людьми, да за хорошим столом…

Среди множества портвейнов есть класс хороших середняков – Late Bottled Vintage (сокращённо LBV). О портвейнах этого класса — «поздно (позже) бутилированный винтаж» — я писал на блоге множество раз и считаю эти портвейны достойными самого пристального внимания и вот почему:

  1. Для человека, никогда раньше не пробовавшего португальский портвейн, это идеальный выбор, где качество ого-го, а цена невысока. Не понравиться – не жалко небольшой потраченной суммы.
  2. Для ценителя LBV хороши тем, что многие из них очень близки по вкусовой палитре (и по удовольствию при питии) к винтажным портвейнам, а стоят в два раза дешевле минимум. Даже очень обеспеченные люди не настолько глупы, чтобы делать винтажные портвейны напитком «на каждый день». Смысла нет. Винтаж – это повод, это праздник или встреча. За повседневным столом влиятельных, и уж совсем не бедных владельцев лучших домов портвейна, подают рядовые портвейны reserve или нечто близкое, но хорошего качества. Что касается LBV, то нефильтрованый вариант может хорошо храниться и даже красиво стареть в бутылке.
  3. Тем, кто собирается привезти из Португалии жидкий сувенир или подарок: почти все португальские производители имеют LBV в своём ассортименте, качество примерно ровно и хорошо у всех, за редким исключением. Лучше обратить внимание на производителей из «высшей лиги», попросту взглянув на ценник, и взять бутылку дороже на пятёрку – десятку, по сравнению с основной группой на полке. И ещё: нефильтрованые обычно немного лучше, хотя опять — таки это не догма, а для новичка и вовсе не имеет значения.

Португальский портвейн “Croft” LBV

Дом Крофт представлять не нужно. Очень авторитетный производитель. Обычно LBV бутилируют в диапазоне от 4 до 6 лет от года урожая. «Croft» предпочитает делать это на шестом году, что смещает вкусовую гамму вина к фруктовым и пряным тонам. Доминируют ароматы чёрной смородины, вишни и сливы, ноты чёрного шоколада, какао. Сейчас доступен портвейн урожая 2009 года, но наверняка в продаже можно встретить и 2008 или 2007, а то и 2005, 2003.

Вино производится в основном из лотов Quinta da Roêda но, будучи купажированым, включает в себя лоты с других кинт Крофт. Портвейн готов к употреблению, в бутылке нет смысла его выдерживать. Фильтрованый, но в случае Крофт это ничего не значит. Алкоголь 20%. Автор вина — винодел Дэвид Гимараенш – профессионал такого уровня, что с его лёгкой руки рождаются купажи исключительно высшего класса. Вино хорошо пойдёт с сырами типа Гауда, Рокфор и Стилтон, а ещё различными десертиками, орешками или даже молочным шоколадом. Хороший, добротный португальский портвейн.

22 Май
2014
Опубликовано в: Португалия, Разное
От    Нет комментариев

Роскошный отель для ценителей портвейна, но не только

Отпускной сезон, однако, надвигается неумолимо. Это радует! Есть один отель в Португалии, который связан с портвейном буквально всем: судьбой, деньгами, историей… Расположен отель в самом центре Порто, а если точнее, города, раскинувшегося на противоположном берегу Доуру – Вила Нова де Гайи. Сразу хочу предупредить, что этот отель подходит тем путешественникам, в кошельках которых звенят золотые дукаты, луидоры и прочие пиастры.

Роскошный “The Yetman” построен на средства Адриана Бриджа, владельца Taylor, Fonseca, Croft и прочих великих, и не очень, брендов портвейна, угнездившихся под зонтиком компании “Flatgate Partnership”. Отель раскинулся над подвалами с портвейном десятков производителей и торговцев: он как бы венчает планетарное средоточие портвейновых бочек, красуется среди черепицы крыш, которой выложена многовековая история портвейна… Отель был открыт в августе 2010. По слухам, обошёлся он в сумму около 32 млн. евро. Назвали отель в честь семьи Yeаtman, члены которой заняты в портвейновом бизнесе аж с 1838 года и до сегодняшнего дня. Кое-что я о них я писал в статье о великом Доме портвейна “Taylor”.

Всего в отеле 82 номера, из них 11 сьютов – люксов по нашему, и один суперлюксовый номер “Bacchus suite” площадью 150 м.кв., с джакузи из меди, вращающейся гигантской кроватью, огромной террасой с потрясающим видом на Порто… Ночка в таком номере обойдётся в 1100 евро.

Остальные сьюты также тематические – интерьер многих содержит элементы винной тематики. Кровать в огромной бочке – поражает. Кстати, владельцы отеля придумали хитрый шаг: заключили договора с десятками известных производителей портвейна и столового вина о сотрудничестве, которое подразумевает наличие вин этого производителя в карте отеля и возможность декорирования номера отеля. А ещё производитель имеет право организовывать «винные обеды» — дегустации, которые проходят обычно по вторникам. Такой «абонемент» стоит для сторонних производителей 3650 евро в год. Недорого, в целом.

Самые обычные номера, коих большинство, стоит 250-290 евро за ночь в низкий сезон и 310-360 в высокий. Предлагаются различные программы, предлагающие не только проживание. Ресторан курирует «мишленовский» шеф-повар Ricardo Costa. Кормят высокой кухней, но с португальским уклоном. Имеются «комнаты для приватных обедов», что в переводе на советский язык означает «банкетные залы». Винная карта содержит 1200 вин, а всего в погребе отеля ждёт своего часа коллекция из 20 тысяч бутылок лучших портвейнов и вин Португалии, но другие страны также присутствуют. Поговаривают, что там есть такие винтажи, которые и купить невозможно в свободной продаже, редкости.

В отеле расположен роскошный SPA центр площадью 2000 кв. метров. К услугам посетителей римская баня, хамам, сауна, бассейн, бочки с виноградным экстрактом, массаж и куча всего. Отличная задумка! Жену или спутницу нужно спровадить в спа, а самому отправиться в бар, который назван в честь Дика Итмена. Это скорее не бар, а клуб, судя по дизайну. Взять там портвешка, уютно устроится в кресле и «пусть весь мир подождёт»… Включая супругу, разумеется.

8 Май
2014
Опубликовано в: Производители
От    Нет комментариев

Портвейн кинты короля Педро

Вспомним персонажа из фильма «Здравствуйте, я ваша тётя» в блистательном исполнении Калягина, миллионершу донну Роза д’Альвадорес, вдову дона Педро из Бразилии, где «много-много диких обезьян». Брэндон Томас написал пьесу «Тётушка Чарлея» ещё в конце 19 века. Почему он взял имя «Педро» для бразильского олигашки? Может, в силу распространённости этого имени, а может потому, что это имя носили власть имущие в Латинской Америке; оно было «на слуху», а ведь Брэндон Томас был человеком «бывалым»: матрос, коммивояжёр, журналист, он не мог этого не заметить.

Среди известных португальцев (и бразильцев), носящих имя Педро, был Педру I, Император Бразилии (12 октября 1798 г. – 24 сентября 1834 г.), и он же Педру IV, король Португалии. Скромное полное имя этого человека таково: Pedro I de Alcantara Francisco Antonio Joao Carlos Xavier de Paula Miguel Rafael Joaquin Jose Gonzaga Pascual Cipriano Serafim, Император Бразилии.

Почему Педру побывал королём и Португалии и Бразилии – долгая и захватывающая история, но мы её опустим. Отмечу только, что король поначалу либеральничал, а потом проявил себя типичным держимородой, посему даже был награждён Российским Императором Николаем I орденом Андрея Первозванного «за верность Монархии и личную доблесть». Почему-то меня это не удивляет.

Нас интересуют юные годы Педру, когда он был инфантом, то есть юным принцем, но не наследником. Конечно, члены королевской семьи владели по обе стороны Атлантики немалыми земельными угодьями, а в частности принцу принадлежало кое-что и в долине Доуру: кинта, которая так и называлась: Quinta do Infantado – кинта инфанта. Кинта была основана в 1816 году, и оставалась в собственности королевской семьи до революции 1910 года, после чего была продана семье Розейра, которая владеет кинтой до сих пор: сегодня это Жоау и его сестра Катарина. Винодел кинты — Luís Soares Duarte.

Виноградники и кинта

Место расположения – долина речушки Пиньяу, которая служит родиной лучших портвейнов. Кинта Noval – тоже там. 46 гектаров виноградников кинты раскинулись на разных высотах. 8 га отданы под сорт Touriga National. На двух виноградниках практикуется органическое земледелие. Да и на всей кинте гербициды/пестициды применяются по минимуму, а в дальнейшем планируется все виноградники перевести на органику. Ягоды перерабатываются по старинке – в лагарах, по крайней мере при производстве винтажей и LBV.

Портвейны и занимательная арифметика

До 1978 года хозяева кинты продавали виноматериал дому Taylor, а уж эти господа привыкли скупать для своих вин лоты только высочайшего качества, тут уж без дураков. Ещё один покупатель – дом Sandeman , также в представлении не нуждается. Это говорит о потенциале виноградников, о мастерстве витикультуристов и виноделов кинты.

А ведь до конца 1970-х портвейн, производимый и бутилированный непосредственно на кинтах, был поражён в правах! В 1979 году именно семья Розейра стала пионером и вышла на рынок со своим портвейном. Официальное юридическое разрешение экспортных поставок не из подвалов Гайи, а минуя их — прямо с мелких виноделен долины Доуру, вышло только в 1986 году, правила были установлены.

Портвейны Infantado имеют свой выраженный стиль: они более суше (сахара – поменьше), но в то же время в букете превалируют ягодные тона. Сами так и говорят: «мы производим полусухие портвейны». Достигается это более продолжительной ферментацией, в результате чего большее количество сахаров сусла переходит в алкоголь. Градус повышается естественным образом, а количество агуарденте для полной остановки ферментации при креплении можно уменьшить. Представьте себе, в бутылке обычного портвейна может содержаться до 25 % чистого 77 градусного бренди — агуарденте! А вот в портвейнах Infantado в итоге около 17 % бренди, а значит, всё остальное – перебродивший сок: его больше, что положительно сказывается на букете вина. Кстати, «полусухой» стиль расширяет круг блюд к вину: красные портвейны кинты хороши даже под стейк.

Винтажи: 1978, 1981-83, 1985, 1989, 1991, 1992, 1995, 1997, 1999, 2000, 2003, 2004, 2007 и 2011 – очень многообещающее ароматное вино. Кстати, до сих пор Infantado входит в узкий круг производителей, винтажи которых производятся, вызревают и бутилируются на кинтах. Обычно это 2-3 тысячи коробок винтажного портвейна в тот год, когда винтаж декларируется.

Знатоки отмечают Late Bottled Vintage 2007 года, нефильтрованный. Удивительно питкий портвейн! Один известный дегустатор был поражён, что он не чувствует ни алкоголя (это при 20 то градусах), ни танинов в послевкусии – то есть не «вяжет» язык и нёбо. Многие как раз за эти качества любят портвейн, в том числе и Андрей Портвейныч, а вот поди ж ты! Деликатный напиток, белая ворона. Поговаривают, что колейты кинты также выпадают из стандартной вкусовой гаммы: меньше древесных нот.

На кинте производятся портвейны многих типов, но предпочтение отдаётся красным: винтажным, LBV, Special Reserve и обычному руби. Доля старых бочковых тони невелика, но оно и понятно: для их производства нужно обладать внушительной коллекцией лотов для купажирования. Производится сухой белый портвейн и красные вина категории DOC.

27 Апр
2014

Винтажный портвейн : декларация 2012 года и немного о том, какие бывают винтажные года

А время то идёт! Не успели отгреметь фанфары по поводу винтажа 2011 года, который войдёт в число великих винтажей ХХI века, пришла пора 2012 году явить себя миру. От винтажного портвейна 2012 года никто особо ничего не ждал. Статистика – упрямая вещь, и за прошедшие века практически не было случаев двух великих урожаев подряд. Да и рынку это не нужно: подвалы практически всех производителей заполнены великим портвейном 2011 года, цены стабильны… Зачем взрывать рынок? Коммерчески это — самоубийство. Но чуда и не случилось – это было ясно ещё в 2012 году по совокупности погодных условий и анализа качества молодого вина. Погодка не баловала! Зима 2011-12 была сухая, а весна холодная … по меркам долины Доуру, конечно. Последний раз такой сухой сезон был в 1967!

Ягоды так и не набрали сахаров, зато кислотность была на уровне. Более-менее качественный урожай дали только виноградники с южной экспозицией, получившие максимум солнечных лучей, и некоторые хозяйства Верхней Доуру – там климатические условия более жаркие.

В день Св. Георгия (23 апреля), следуя давней традиции, Адриан Бридж объявил о декларации винтажного портвейна одной из кинт дома Taylor’s — Quinta de Vargellas 2012, и портвейна Quinta da Roêda 2012 – а это дом Croft. Всё это винтажные портвейны категории “Single Quinta Vintage». Плюс дом Fonseca декларировал винтаж бренда Guimaraens. Это винтаж “второго эшелона”, купаж вин с разных хозяйств. Получается так: в не очень удачный год собирается всё самое лучшее с собственных кинт, с виноградников поставщиков – вот и получается немного, но хорошо.

Буквально на днях стало известно, что из хозяйств Симингтонов декларируется портвейн «Dow» кинты Senhora da Ribeira 2012 (450 ящиков по 12 бут.) и Quinta do Vesuvio 2012 (750 ящиков по 12 бут.). А вот Graham’s Quinta dos Malvedos 2012 будет разлит в здоровенные бутыли — двойные магнумы: 60 трёхлитровых пузырей. Пузыри здоровые, а общие объёмы винтажей – крохотные. Возможно, кто-то ещё рискнёт декларировать 2012 год. Но уже понятно, что ничего особо хорошего этот год не дал.

Термины и понятия: винтаж, винтажный год и пр.

Если кто-то регулярно читает мою писанину на блоге или интересуется портвейном и виноделием в более широком смысле, то этот кто-то мог заметить, что винтажные годы бывают получше и похуже, “традиционные” и “великие”. Ничего не понятно, винегрет какой-то! Как Шариков в “Собачьем сердце” говорил: “А то пишут, пишут… конгресс, немцы какие-то… Голова пухнет”. Попробую составить подробный, но понятный FAQ. Сразу предупреждаю: даже у известных специалистов- портвейноведов 20 века есть путаница в терминологии по этому вопросу. Поэтому Андрей Портвейныч не претендует на истину в последней инстанции. Но … попытаюсь!

Самый простой вопрос: а что означает слово “винтаж”?

У слова Vintage (англ.) несколько значений. Самый строгий и простой перевод: «сбор или урожай винограда» — как процесс. Другое значение – «вино урожая определённого года». Винтажный портвейн – это портвейн урожая только одного года, обладающий выдающимися характеристиками, произведённый и декларированный производителем по регламентам, установленным Институтом вин и портвейна. В последние десятилетия словечко «винтажный» шагнуло в массы и прилипло ко всякой старой, добротной или просто старомодной вещи – от комода до элементов дизайна. Это хорошо.

А какой год называют «винтажным»?

Так и хочется ответить: это год, в который делается винтажный портвейн. Но это будет неправда, потому что на самом деле винтажный портвейн превосходного качества делается каждый год. Регион Доуру не так уж мал, и даже в самый ужасный по погодным условиям год у кого-то из сотен производителей что-то да получится. Смысла декларировать это вино нет никакого – объёмы невелики, маркетинг слабый, белой вороной быть не хочется. То есть это неофициальный, незадекларированый винтажный портвейн. Так что, строго говоря, каждый год – винтажный. Но это неправильное толкование.

Так что же значит “винтажный год”? Это год, когда сошлись все звёзды винодела, но прежде всего погодные условия, приведшие к урожаю необыкновенного, выдающегося качества. “Винтажным годом” в обиходе обозначают удачный год, когда большинство производителей декларируют винтажный портвейн. Как правило, чаще 3 раз в десятилетие такого не происходит.

А если не большинство?

Коллективный экспертный разум, понимаете ли… Как средняя температура по больнице. Если из 100 производителей 99 декларировали в 20** году винтаж – значит, год просто великий. Великий винтаж, другими словами. А если декларировали 70 из 100? вот тут уже начинается классификация лет. Вот примерно так (мне нравиться звёздочками):

***** выдающийся, великий год. Это уж совсем невероятное качество. С начала ХХ века такими были 1908, 1912, 1927, 1945, 1963, 1977, 1994. Возможно 1948 или 1955. Разные специалисты по разному ранжируют. Кстати, винтаж 2011 года – кандидат в высшую лигу;
**** очень хороший год, а у части производителей получилось выдающееся вино;
*** хороший, но лишь для немногих удачный год;
** никакой, бедный год. Только у единичных производителей что-то получилось; Иногда, в справочных изданиях, такой год и вовсе забывают назвать «винтажным».
* год, в котором винтаж не декларировался.

Но, кстати, это совсем не означает, что если у нескольких производителей, которые декларируют винтаж в год, когда большинство этого не делает, портвейн будет худшего качества по определению! Нет, конечно. Но есть тонкий момент: старение винтажного портвейна в бутылке. Через 25 лет после урожая становится ясно, какой год великий, а какой нет, хотя и здесь не всё так просто…

И с другой стороны: абсолютно идеальные погодные условия года совсем не означают, что у всех без исключения производителей долины родился выдающийся винтажный портвейн. Даже в этом случае декларируют не все из них.

То есть получается, что и винтажный портвейн есть “получше” и “похуже”? 

Ну да. Хотя я бы так не говорил. Винтажный портвейн ВЕСЬ хорош. Но качество и от производителя к производителю, и от года урожая отличается, и от “стажа” бутылочной выдержки к моменту пития…

Значит, стоит покупать только “великие” годы?

Если вы инвестор – то да, наверное. Если вы обычный любитель портвейна, то наверное, не стоит. Великие годы очень дороги, но способны ли вы отличить качество винтажного портвейна с 95, 98 и 100 баллами WS? Я –нет.

А когда декларируются портвейны категории Single Quinta Vintage? Ведь это тоже винтажный портвейн? На этикетке год печатают…

Да, это тоже винтажный портвейн, но делается только с урожая, выращенного в границах одного именья – кинты. Вот ещё одна классификация подоспела, географическая:

  • Классический винтаж – всегда купажированный, вино с разных хозяйств и даже с разных субрегионов долины Доуру;
  • Single Quinta — Винтаж с одной кинты. 

Если классический винтаж занимает только пару процентов от всего производимого портвейна, то объёмы винтажного портвейна Single Quinta совсем крохотные. Это портвейн с ярко выраженными терруарными свойствами, поэтому понятия удачный год – неудачный год для этих портвейнов смысла не имеют. Как правило, декларируются в годы, когда классический винтаж не декларируется, но со многими исключениями. Стоит заметить, что систематизировать винтажный портвейн этой категории от сотен производителей по критерию качества – почти безнадёжное дело. В этой категории, кстати, обретаются шедевры виноделов.

Так что же с 2012 годом? С точки зрения классификации года классического винтажа — наверное, совсем без «звезды», пока никто не декларировал… Пока вовсе «не-винтажный» год. А винтажи Single Quinta? Ну, посмотрим, попробуем…

20 Апр
2014
Опубликовано в: Porto – Art
От    Нет комментариев

С Праздником!

Всех празднующих сердечно поздравляю! Христос Воскресе! А вот картина Павла Филонова, на ней Пасхальное застолье. Филонов написал её в 1913 году, перед Первой мировой. Я думаю, в мире едва ли найдётся десяток человек, которые понимают творчество этого художника, и уж точно я не из этих десяти. Но ранние, как эта, и самые поздние работы очень интересны и понятны.

Я где-то читал об одной тётке – профессорше вроде как из Гарварда, с факультета искусств, которая обязывала своих студентов проводить в одиночестве перед некой назначенной профессоршей картиной 3 часа. В размышлениях. Прислушиваясь к себе. Рассматривая. Только тогда, говорила профессорша, у вас есть шанс приблизиться к замыслу художника, сердцем понять, рассудком прочитать его послание миру и вам лично. Права профессорша, ох как права. Андрей Портвейныч сам любит зависать в музеях, однако ругая себя при этом за торопливость и обещая себе вернуться ещё раз и вот там, вот в том зале вот та работа … ах, ну надо бы ещё раз всё пережить… Но, как правило, не возвращаюсь.

Посмотрим повнимательней на картину (картинка кликабильна). Эту работу Филонова, (которая, кстати, находится в частном собрании неизвестного Питерского богатея или коллекционера), можно читать сердцем. Какая гармония красок и форм, какой покой, и я бы сказал, радостный покой от неё исходит!

Вот слева три мужика, друзья наверно, близкие, чокаются (портвешком, наверное), а за ними склонились два то ли Ангела, то ли шестикрылых Серафима. На столе рыба – символ Христа, на стене за Ангелами — икона. Ангелы там, где любовь, а любовь за этим столом есть. Экспрессивные линии фигур Ангелов берегут эту любовь, этот праздник за столом, защищают.

На задней стенке, рядом с горничной, висит картина с тремя волхвами, как я думаю. Тоже символ — всё в этой работе затейливо перекликается. А вот парочка справа — такое впечатление, что господин во фраке говорит нечто ободряющее или приятное даме справа: её фигура напряжена, лицо выражает озабоченность или грусть. Может, утешает? Он держит её за руку, а рядом, на скатерти, лежит яблоко – символ любви.

На столе гиацинты — символ возрождения и воскресения: в старые времена их любили ставить на Пасхальный стол, а ныне эта традиция подзабылась. Рядом с гиацинтами — кулич, под столом зверушки — собачка и котик в левом углу. Попробуйте прикрыть собачку – картины не будет. Интересно, что за окном темнота… Что это – предчувствия Филонова о годах грядущих тяжёлых испытаний? Может быть, может быть… Гениям, знаете ли, иногда такое даётся. Филонов создал Пасхальную story: красивую, радостную и печальную одновременно.

13 Апр
2014

Портвейн Дома Sandeman собирает урожай медалей

В марте месяце, во Франции, состоялся очередной престижный винный конкурс, который ежегодно организуется влиятельным Союзом энологов Франции (Union des Oenologues de France), под эгидой Международного союза энологов (UICE), Всемирной федерации международных конкурсов вин и спиртных напитков (VINOFED) и Международной организации винограда и вина (OIV). Просто жуть, как солидно! В числе судейских свыше сотни авторитетных энологов и винных экспертов со всего света. В 2014 году им пришлось продегустировать около 3000 кандидатов на награду, а их по сути два вида: золотая и серебряная медали. Есть ещё что-то типа гран-при: Trophées Vinalies Internationales, для лучшего в своей категории напитка.

Среди портвейнов, большинство наград отхватил (модное сейчас слово), но лучше – заслуженно завоевал, ибо соревнование, Дом портвейна Sandeman. Итак, вот что вышло:

  • Sandeman Vau Vintage bottled in 1999 – серебро;
  • Sandeman Vau Vintage bottled in 2002 – тоже серебро;
  • Sandeman LBV bottled in 2013 – золото;
  • Sandeman Imperial reserve – золото;
  • Sandeman Founders reserve – золото.

О винтаже Vau я уже как-то писал. 1999 год бутилирования – это урожай 1997 года: первый винтаж с Quinta do Vau, которую купили в 1988. Кстати, некоторые эксперты считали и считают, что этот портвейн лучше пить молодым – он не заряжен на красивое старение десятилетиями. Получается, не совсем правы: уже прошло порядком лет, а вино только раскрылось. Нужно посмотреть, что будет ещё лет через десять.

Но гораздо более интересны другие награды. Любимый Андреем Портвейнычем за честное соотношение цена/качество портвейн категории Late Bottled Vintage (LBV) тоже взял золото. Бутилирован в 2013, а по регламентам коридор бутилирования LBV составляет 4-6 лет от года урожая. Этот портвейн – урожая 2009 года. Замечу, что 2009 год считается хорошим годом, ну не такой, как 2011, но многие производители декларировали винтаж в этом году. Лето в том году было очень жаркое, настолько, что созревание гроздей шло очень быстро. Урожай был невелик, но ягоды набрали сахаров и кое-где перезрели (на склонах пониже, южной экспозиции); всё это дало концентрированные, мощные вина с интенсивным ароматом и глубоким цветом.

Винодел: Luís Sottomayor. Сортовой состав: 35% Touriga Franca, 35% Touriga Nacional, 15% Tinta Roriz, 15% Tinta Amarela. Портвейн созревал в огромных бочках подвалов Сандеман в Гайе, заботливо мониторился, периодически купажировался. Кстати, в даташите пишут, что произвели лишь небольшую (надо полагать, механическую) фильтрацию – это очень гут, нефильтрованые LBV как то вызывают больше доверия. Пить лучше при 16-18 о С, открытая недопитая бутылка может хранится 4-5 дней. Ноты имбиря и гвоздики, сухофруктов, кедра и табака. Почти непрозрачный, настолько густой цвет портвейна 2009 года. Судя по всему, золотая медаль вышла «по чину».

А вот два других интересных портвейна, также взявших золото, относятся к категории Speсial Reserve, по сути, второклашки, если считать первоклашками рядовые руби и тони. Sandeman Founders Ruby Reserve – руби, купаж бочковых лотов среднего возраста 3-5 лет. Резерв Отцов – основателей, если так можно интерпретировать маркетинговое название. Это, конечно, и так, и не так. Отцы – основатели, с одной стороны, страшно гордятся и трясутся над запасами лучших винтажных и старых бочковых портвейнов, но вот с другой стороны, 80-90% прибыли отцам- основателям, как правило, дают дешёвые портвейны, разливаемые и продаваемые в огромных количествах. Молодой, добротный, задорный портвешок с фруктовым букетом.

Второй портвейн – второклашка – это тони янтарного цвета со словом Imperial в названии… Замахнулись, однако. Составление финального купажа этого портвйена (как и многих других, впрочем) напоминает замысловатую схему на листе формата А1 со множеством квадратиков, стрелочек и прочего (по примеру схем по отмыванию денег через оффшоры). То есть, на протяжении нескольких лет во время взросления вина, множество лотов возраста от 4 до 12 лет затейливо и в разных пропорциях смешивались, а потом снова старели, а потом в свою очередь смешивались… Вино с ароматами сухофруктов и ванили. А вот Андрею Портвейнычу не везло с тони моложе десятилетки. Все как-то не очень попадались, откровенно невкусные… Надо Sandeman пробовать.

Кроме Sandeman, на этой престижной выставке медаль получил винтаж Offley Vintage Boa Vista (золото), Ferreira LBV, бутилирован в 2013 (серебро), и ещё золотую медаль получил винтажный портвейн Terras do Grifo. О нём – в следующий раз.

6 Апр
2014
Опубликовано в: Былое и Думы
От    Нет комментариев

Российская империя и портвейн — 2

Не так давно я фантазировал (потому что не историк я) о первом знакомстве подданных Российской империи и португальского портвейна. Тема оказалась благодарная, поэтому решил продолжить, желание возникло после того, как взялся перечитывать «Москва и москвичи» Гиляровского. Наткнулся вот на какой отрывок в главе «Трактиры»:

«В тот же миг два половых тащат огромные подносы. Кузьма взглянул на них и исчез на кухню. Моментально на столе выстроились холодная смирновка во льду, английская горькая, шустовская рябиновка и портвейн Леве No. 50 рядом с бутылкой пикона. Еще двое пронесли два окорока провесной, нарезанной прозрачно розовыми, бумажной толщины, ломтиками. Еще поднос, на нем тыква с огурцами, жареные мозги дымились на черном хлебе и два серебряных жбана с серой зернистой и блестяще — черной ачуевской паюсной икрой».

Портвейн Леве под номером аж 50 – это впечатляет. Покопавшись, узнал, что в конце 19 века и до революции в Москве были два самых авторитетных и крупных (среди прочих) винных магазина: один из них – Депре на Петровке, а вот второй был расположен в Столешниковом переулке, 7 и принадлежал Егору Леве, торговцу вином. Землю и старый дом Егор Леве купил ориентировочно в 1873 году и уже тогда организовал в одной из построек винный магазин. Новое здание в стиле модерн было построено архитектором Адольфом Эрихсоном в 1903 году.

Кстати, любопытным краеведам: на фасаде до сих пор можно найти в декоре виноградные лозы. В здании имелись большие склады. До революции владелицей магазина числилась Ольга Петровна Леве, а после революции магазин сохранил свой профиль: здесь расположился фирменный магазин Главвино Министерства пищевой промышленности СССР. Сейчас уже не вино…

Вот ещё цитата из «Анны Карениной»:

«…Но это было к лучшему, потому что, выйдя в столовую, Степан Аркадьич к ужасу своему увидал, что портвейн и херес взяты от Депре, а не от Леве, и он, распорядившись послать кучера как можно скорее к Леве, направился опять в гостиную».

Так откуда же родом «портвейн Леве № 50»? А вот не знаю… У крупных виноторговых компаний тех времён было принято заказывать вина у поставщиков в бочках, а уж бутилировать на месте, укупоривать и клеить затейливые этикетки в стиле Art Nouveau… Может и крымское винцо было, а может португальское. Предлагаю вашему вниманию интереснейшее исследование Юлии Демиденко — искусствоведа, заместителя директора по научной работе Государственного музея истории Санкт-Петербурга, автора ряда статей по вопросам костюма и моды.

Речь пойдёт о истории винопития в столице империи, о зарождении и развитии российского виноделия и виноторговли. Всем известно, что кулинарные традиции и сам стиль застолья блистательного Санкт-Петербурга и купеческой Москвы сильно отличались, вплоть до соперничества даже в рецептуре. Но столичная мода всегда транслируется в регионы, и здесь столичное влияние в распространении моды на те, или иные вина в Российской империи неоспоримо. Впрочем, чего это я? Читаем:

Что пили в старом Петербурге. О винах.

Можно смело утверждать, что виноградное вино в русский обиход вошло именно в петербургский период. Это, однако, не означает, что с винами русские были не знакомы ранее. Иноземные вина ввозились в Россию и в допетровскую эпоху, в частности через Архангельский морской порт и через сухопутные границы, например через Польшу. Это были случайные, небольшие партии вина, которые привозили исключительно для частного употребления в домах богатых людей. Они не были редкостью на столах бояр и князей, а также на царских трапезах. В то же время были в России и собственные вина, пусть и не такие известные. Побывавший в России в 1700-е годы К. де Бруин рассказывал о виноградниках в районе Астрахани и о производившихся там красных винах, «на вкус довольно приятных». Он же упоминал, что традиция виноделия в этом регионе насчитывала более ста лет, а виноградники принадлежали будто бы издавна самому государю.

Подробнее…

29 Мар
2014
Опубликовано в: Производители
От    Нет комментариев

Портвейн и банковская тайна: портвейн Borges

В далёком 1884 году два брата, Антонио и Франциско Боржес, основали компанию «Borges & Irmao» для торговли табаком, спичками, текстилем и прочими полезными вещами, к которым быстро добавилось виноторговля и даже обмен валют для физиков и юриков. Портвейн Borges не сразу, но со временем завоевал хорошую репутацию, несмотря на относительно поздний старт.

В первую четверть ХХ века компания обзавелась подвалами в Гайе и даже кинтами: da Soalheira и Junсo. Братьям везло в первоначальном накоплении капитала: тогда же был учреждён одноименный банк. Даже не было ясно, что весомее в этом холдинге: финансы или вино, а может, спички? Банк постигла печальная участь, впрочем, как и другие португальские банки: он был национализирован в 1975 году, через год после апрельской Революции гвоздик, о которой я недавно упоминал. Осталось вино (о спичках мне неизвестно).

А вот здесь было чем похвастаться: к концу ХХ века компании принадлежало большое количество виноградников в ключевых регионах Португалии. Ежегодно производилось около миллиона ящиков вина, из которых портвейн составлял едва ли 10 %. Вино vino verde под названием “Gatao” было одним из самых популярных столовых вин страны.

В 1998 году акционерами было принято решение реструктурировать бизнес. Кинта Junco и кинта Casa Nova (первоклассные виноградники долины Пиньяу) были проданы Taylor. А ещё им же были проданы огромные складские запасы портвейнов, хранившиеся в погребах Гайи. Не все, конечно. Кстати, возраст вин в погребах простирается до 1870 годов…

Так же как и раньше, вина категории DOC доминируют в портфеле компании, но и портвейны занимают достойную долю. Сейчас Borges принадлежит винодельческому концерну «JMV Group». Подробнее о сегодняшнем дне виноделов можно узнать на сайте компании.

В собственности Боржес осталась кинта da Soalheira общей площадью 340 га, из них 120 под лозой. Производится около 90 пип портвейна. Винтажный портвейн декларировался, начиная с 1914 года. Последний — 2007. Почему не декларировали 2009 и великолепный 2011, неизвестно. Винтажи Боржес никогда не блистали. Джеймс Саклинг находит их винтажи «легкотелыми» и рекомендует пить их в юном возрасте – 4-5 года от даты урожая, ибо, по мнению Джеймса, длительное хранение якобы не идёт им на пользу…. лет 20, но и не более. Другие знатоки портвейна не столь пессимистичны. Ароматные фруктовые вина, но вот как раз это несомненное качество и проходит быстро. На рубеже веков, поговаривают, качество винтажей стало заметно лучше.

Кроме винтажного портвейна, выпускается добротный LBV, рядовые вина. Из всей продукции, по мнению знатоков, более всего достойны внимания датированные тони.

А ещё компания выпускает бренди! Получается в результате перегонки вина (неликвиды?), настаивается в бочках из французского дуба, имеет 38 гр., в букете сухофрукты и древесные ноты. Называется длинно: «Borges Reserva dos Fundatores» — перевод ясен. Рекомендуют к кофейку. Я бы попробовал.

16 Мар
2014
Опубликовано в: Porto – кухня
От    Нет комментариев

Сыр Стилтон: вонючий друг портвейна

Случайно прочитал в интернете, что английский сыр стилтон входит в 10-ку самых вонючих сыров планеты. Сразу не соглашусь: это кому как, кому вонючий, кому пахучий, а кому очень даже ароматный. Неизвестно, какой именно сыр вёз герой из «Трое в одной лодке, не считая собаки» Джерома, но крайне рекомендую перечитать главу IV. Берегите себя — смех «до колик» бывает опасен для здоровья.

Вот история из далёкой молодости Андрея Портвейныча: в перестроечные времена некий сыродельный комбинат города М. решил рискнуть, выпустив на рынок сыр с ярким запахом. Напомню, что все советские сыры практически не пахли и напоминали пластилин, выглядевший как сыр, то ли ещё что-то. Зрелых сыров вовсе не производилось – затраты большие, высокая цена не оправдана, население не поймёт. Зачем? Съедят то, что дадут.

И вот, в году этак в 1990 или 1992 появляется в ближайшем магазине этот сыр “с запахом”. Магазинчик был крохотный, и любой посетитель мог сразу при входе ощутить: есть в продаже сыр, или нет? Некоторые, особо чувствительные, бледнели и навсегда покидали торговое заведение… Торговцам было пофигу – в те годы на прилавках была почти пустыня … и талоны в кармане.

Но были граждане, которые восприняли запах сыра не иначе как запах ветра перемен. Андрею Портвейнычу сыр дико понравился. Однако несколько моих соседей по аспирантской общаге более не заходили к нам в комнату вечерами: гнушались и даже пугались. Переживали. Через полгода или год сыр исчез с прилавков навсегда. В те годы это был модный тренд: исчезнуть навсегда. Друзья вернулись к круглому столу, счастливо щурясь на лампу за бесконечным чаепитием. О сыре вспоминали, но недолго… Кстати, именно такого запаха и вкуса я больше не встречал ни среди французских, ни среди других сыров. Что это было?

О британском сыре Стилтон

Вернёмся к Стилтону. Это английский сыр, ставший известным в первой половине 18 века благодаря трактирщику из деревни Стилтон Куперу Торнхиллу, который обнаружил вкуснейший сыр у одного фермера в Лестершире и стал продавать его в трактире. Сыр так понравился всем, что Купер выкупил у фермера права на производство вместе с технологией.

Трактир стоял у одной из оживлённых дорог, так что слава о сыре быстро распространилась по всей Англии, а ныне Стилтон считается № 1 среди британских сыров. Производится только в графствах Лестершире, Дербишире и Ноттингемпшире, является продуктом, защищённым сертификатом PDO (protected designation of origin), а это означает что сыр Стилтон, созданный за пределами отведённого региона, таковым не является и «стилтоном» называться не может.

Делается сыр из утренних сливок и цельного молока 3,8% жирности. Не буду подробно о технологии, нет там ничего необычного. Сыр цилиндрический, относится к типу голубых сыров (перед девятимесячным созреванием сырные круги прокалывают специальными копьями или иглами и заносят споры голубой плесени). Корочка тонкая, слизистая. Консистенция неплотная, видны зелёно-голубые прожилки, расходящиеся от центра к краям. Есть два типа Стилтона: голубой и белый. Последний – не что иное, как стилтон без голубой плесени с меньшим сроком созревания. Он мягкий и не имеет такого ядрёного амбре. Стилтон хорошо храниться в холодильнике месяца три, но перед подачей рекомендуют вынуть его заранее, чтобы сыр нагрелся и «раскрылся». Вы поняли.

Но почему же Стилтон так хорош с портвейном? Ответ в биохимии: танины портвейна (это прежде всего касается винтажей и прочих “красных” портвейнов) активно взаимодействуют с белками сыра, действуя совместно на вкусовые рецепторы языка. Стилтон рекомендуют прежде всего к винтажным портвейнам, но здесь есть некоторые рекомендации: важно, чтобы сыр был комплиментарен вину, то есть молодой, задорный винтаж с агрессивными танинами будет хорош с любым Стилтоном, а вот если вы собираетесь пить выдержанный несколько десятилетий деликатный винтаж, то с сыром нужно поосторожнее. Сильный сыр перебъёт все достоинства портвейна. Сами англичане в этих случаях рекомендуют сыр Чедар, а не Стилтон. Стилтон подойдёт ко всем красным портвейнам, вплоть до обычного руби, а пара с винтажным портвейном – это Рождественская традиция. К тони не советую.

А вот напоследок — интересный рецепт одной русской дамы, осевшей на брегах туманного Альбиона, Галины Гудвин. Оказывается, можно и так:

«Каждый год к Рождеству я неизменно готовлю стилтон с портвейном. Этот классический зимний паштет должен как следует вызреть к празднику, и поэтому я планирую заняться им на этой неделе. Стилтон – знаменитый английский сыр с плесенью. В старину, когда не было холодильников, в качестве консерванта в него добавляли портвейн (по-английски «порт»), и в результате он прекрасно хранился. Сейчас такой необходимости нет, однако обычай сдабривать сыр портвейном по-прежнему популярен, особенно в рождественский период, когда этот деликатес становится одним из традиционных угощений праздничного стола. Вот как его готовят.

  •  200г стилтона (или любого другого голубого сыра)
  • 75г несоленого сливочного масла
  • 2 чайные ложки портвейна
  • 1 чайная ложка (без верха) молотой шелухи мускатного ореха или гвоздичного перца
  • Немного растопленного сливочного масла для заливки

Разомните сыр вилкой. Взбейте размягченное масло в пышную массу и соедините сыром, одновременно добавив портвейн и пряность. Тщательно перемешайте, разложите по баночкам (для этого количества я использую 2 стеклянные емкости объемом 150мл каждая), разровняйте верх и залейте растопленным сливочным маслом. Контейнеры должны быть по возможности привлекательными, ведь именно в них вы будете подавать сыр к столу.

В таком виде сыр может храниться в холодильнике до 2 месяцев. Перед употреблением достаньте его из холодильника заранее, чтобы он дошел до комнатной температуры. Традиционно этот сыр подают после обеда с печеньем-крекерами, сельдереем и фруктами (яблоками, грушами и виноградом). Он также великолепно дополняет пирожки с изюмом. А в качестве напитка, разумеется, подавайте портвейн».

9 Мар
2014
Опубликовано в: Он, родимый
От    Нет комментариев

Смотр резервистов: пятёрка портвейнов от «Croft»

В ассортименте авторитетного производителя портвейна, «Croft», есть аж целых пять портвейнов категории Reserve:

  • Distinction special reserve port, выдержка в бочках 4-5 лет;
  • Purple Velvet finest reserve port, выдержка в бочках до 3 лет;
  • Extravagance finest reserve port, выдержка в бочках 4-5 лет;
  • Indulgence finest reserve port, выдержка в бочках около 3 лет;
  • Platinum reserve port, выдержка в бочках до 3 лет.

Ну вот, имеем сразу три типа: special reserve, finest reserve, и просто reserve. Всё таки, в чём разница между ними? Ответ: особо разницы нет. Не то что бы все были одинаковы на вкус, но очень близки, это точно. Обратимся к первоисточнику, к регламенту Института вин и портвейна от 2002 года. Регламент Института расплывчато обозначает границы этой категории, мол, купаж хороших вин разного возраста с комплексным ароматом и вкусом и специфическими органолептическими характеристиками. Если вино густо-красного или красного цвета, то оно может быть названо reserve ruby.

Очень важный момент — срок выдержки в бочке не является определяющим или важным для категории reserve. Решающим критерием является качество, а это остаётся целиком на совести винодела. Иными словами, для портвейна этой категории отбирают виноград лучший, чем для руби, и лоты вина лучшие, чем для купажа руби, самого рядового портвешка. Это в теории.

Второй момент: по этой же причине средняя выдержка вина может быть короткой: от 2.5-5 лет, тогда получим красный портвейн категории reserve, и до 5-7 лет даже, в этом случае получим тони резерв.

Третий момент: Институт даёт только одну категорию: Reserve (на португальском языке Reserva). Все остальные прилагательные: finest и special – это креатив маркетологов -портвейноделов. На практике это вина чуть лучшего качества (попробуй определи это «чуть») и чуть большей выдержки, чем просто reserve.

Хотя категория портвейнов Reserve официально была признана лишь в начале 21 века, такой портвейн делался давно. Достаточно вспомнить Сockburn’s Special Reserve, первый портвейн подобного рода, или Fonseca Bin 27, или Graham’s Six Grapes. Обращаю ваше внимание, господа! Эти портвейны – пример того, какое качество можно получить за смешные деньги! Так что не нужно относится к категории reserve пренебрежительно! Но, откровенно говоря, Андрею Портвейнычу попадались вина противные на вкус, и это были reserve тони, но может у меня вкус такой… Эти тони могут до 7 лет в бочке выдерживаться.

«Снизу» портвейны категории reserve подпирают рядовые портвейны руби, если вообразить некую лестницу качества. Не самое удачное сравнение! Многие лучшие рядовые руби именитых производителей (иногда их называют Fine Ruby) на голову выше официальных «резервных» портвейнов других портвейноделов. Лично убеждался не раз.

Что касается Croft, то авторитет Дома так высок, что качество в любой категории портвейна остаётся на высоте. Это относится и к пятёрке «резервистов». Все – красные, ароматные, фруктовые, молодые, повседневные, дешёвые. «Distinction» — самый лучший из пяти, а «Platinum» — ординарный простецкий. Зачем было называть Платиновым, непонятно в этом случае. У нас если что «платиновое», то уж подразумевается самое лучшее.

Повеселило, что другой портвейн назвали «Индульгенцией». Может имели в виду дословный перевод с английского «поблажка, потакание своим слабостям» — но тогда ещё прикольней выходит. Хорошая отмазка для страждущего выпить чувака: тут и себя, несчастного, ублажил и кары за грех сей избавился. Кстати, практика выдачи индульгенций была и в православии, но распространения не получила.

1 Мар
2014
Опубликовано в: Он, родимый
От    Нет комментариев

Терруарный портвейн от «Taylor’s»: доступный шедевр

Сегодня — портвейн Taylor’s, да непростой. Долина речушки Пиньяу, северного притока Доуру, расположена в самом сердце региона производства португальского портвейна, Cima Corgo. Самые именитые производители, такие как «Noval» и «Fonseca», имеют там виноградники, там же родина лучших портвейнов «Warre’s» — кинта da Cavadinha . Склоны гор обе стороны речушки, на протяжении примерно 10 километров от впадения в Доуру, покрыты виноградниками. Практически все виноградники на высотах 150-350 метров, относятся к классу «А» — высшему. Комбинация почвенных и микроклиматических условий в долине даёт необыкновенно сбалансированные портвейны.

У дома «Taylor’s» всего три кинты: Vargellas, Terra Feita и Junco. Как говорил Элистер Робертсон, бывший управляющий «Flatgate Partnership» (владельцы «Taylor’s»), купаж лотов с кинты Варжеллас и лотов с кинты Terra Feita составляют то, что называется стилем Дома: это и есть суть премиальных винтажей Тэйлорс. Вот о кинте Terra Feita и пойдёт речь.

В вольном переводе Terra Feita означает «созданная (сделаная) земля». Такое название прилепилось к хозяйству потому, что многие виноградники были пересажены, реконструированы и т.д. Кинта известна уже два с половиной столетия и входила в район первичной демаркации, установленный ещё при маркизе Помбале. Исторически, территория кинты сложилась из четырёх владений, принадлежавшим разным хозяевам.

К сожалению, история виноградников долины Пиньяу плохо документировалась, в отличие от кинт вдоль Доуру. По Доуру в прошлом осуществлялся сплав портвейна в Гайю, соответственно там, где погрузка – разгрузка, там учёт мат. ценностей и цивилизация, да и масштабы куда значительней. В итоге мы мало знаем о прошлом кинты, а я имею в виду прежде всего не фамилии прошлых владельцев, а статистику по урожайности, записи и заметки виноделов, карты…

Дом «Taylor’s» стал покупать виноматериал с виноградников кинты ещё в конце 19 века. Качество было очень хорошим, и в начале 20 века сотрудничество укрепилось. Интереснейший факт: с 1904 и по 1930-е годы бутилировалось крохотное количество винтажа происхождением исключительно с кинты. До сих пор в подвалах «Taylor’s» хранятся несколько бутылок. Категории Single Quinta Vintage тогда и в помине не было, равно как и регламентов Института вин и портвейна, да и самого Института тоже. Фактически это были одни из первых образцов такого рода терруарного портвейна. Ведь винтаж — это вино хоть и одного года, но в классическом понимании купажированое, состоящее из лотов разных хозяйств. Андрей Портвейныч считает, однако, что практически на любой кинте такие розливы «для себя» делались, в маленьких объёмах. Просто этому никто особо не придавал «рыночного» значения.

К сожалению, несмотря на потрясающее качество вин, кинта потихоньку приходила в упадок: снижалась урожайность. Виноградарство требует большого труда и инвестиций, а уж в местных условиях — тем более. Видимо, чего-то не хватало. Начиная со средины 1970-х кинта по частям (от разных владельцев участков) переходила в руки Дома «Taylor’s». Этот процесс закончился только в девяностых. Разумеется, новые владельцы навели порядок и не пожалели на это средств.

Всего кинта занимает 48 гектар. Имеются две винодельни с лагарами, винификация происходит только в них. В добавок к традиционному топтанию ягод ногами, лагары оборудованы механическими плунжерами, которые обеспечивают дополнительное перемешивание сусла. Штатный винодел — David Guimaraens. Подробнее о кинте можно почитать на оф. сайте.

Винтажный портвейн Terra Feita

Терруарные портвейны (равно как и другие терруарные вина, например Бордо) считаются немного «мистическими». До сих пор непонятно, почему на двух хозяйствах, расположенных в нескольких километрах друг от друга, могут получаться отчётливо разные напитки. Почва одинакова, микроклимат почти одинаков, сорта винограда и их пропорция не сильно отличаются, возраст лоз примерно тот же… Разгадка наверное лежит во множестве этих «не сильно», «примерно» и «почти». Ни один из этих факторов не сделает погоды, но их совокупность сыграет. Плюс, как говорят сами виноделы, тот неясный, непонятный, мистический «фактор Х».

Как правило, в годы, когда декларируется классический винтаж, виноматериал кинты отправляется после зимовки в Гайю и там купажируется с элегантными и утончёнными лотами кинты Варжеллас, чтобы превратиться в великий винтажный портвейн «Taylor’s», придать вину чувственность и основательность.

В невинтажные, но удачные годы, на кинте производится Single Quinta Vintage. Если совсем «плохой» год, в основном из-за аномальных погодных условий, то производятся рядовые портвейны. Всё просто: качество исходника, как говорят технари, определяет результат.

Портвейн Terra Feita имеет крепость в 20,5 градусов, сахар 94,8 г/л. Производился в 1982, 1986, 1987, 1988, 1991, 1995, 1996, 1999, 2001, 2005, 2008. Вина восьмидесятых и начала девяностых находятся сейчас на пике своих вкусовых свойств, но и юные портвейны хороши. Описывать вкус, довольно бессмысленно, нужно пробовать. Доминируют мощные фруктовые ноты, очень полнотелое, ароматное вино. Но ещё и не слишком дорогое – это тоже аргумент в наше непростое время.

Всё-таки портвейн хорош тем, что в любом ценовом диапазоне, даже среди обычных руби можно найти очень достойный, качественный вариант! Попробуйте купить за 15-20 евро хоть какой-нибудь приличный Single Malt виски! Ничего не выйдет. А вот более, чем хороший портвейн – пожалуйста. Что касается героя сегодняшней статьи, то цены на классический винтажный портвейн дома Taylor’s традиционно высоки, по простой причине: это одни из лучших, если не самые лучшие, портвейны среди подобных, однако Terra Feita стоит вменяемых денег, жалко только «у них», там. Вот в Лондоне можно купить 1999 год фунтиков за 35-40. А классический винтаж, к примеру, 2000 года, обойдётся в два раза дороже…

Портвейн и революция

Просмотр последних новостей вверг меня в тяжкие раздумья, может ли портвейн, хоть теоретически, быть революционным напитком, а если да, то какой… Попробуем разобраться. Если говорить пафосно и бессмысленно, то у любой Революции всего один революционный напиток, и этот напиток — кровь. Если же говорить буднично и практично, то нужно подумать о том, может ли портвейн служить революционным массам и примкнувшим к ним сочувствующим и просто участвующим в перераспределении финансовых потоков массам.

Андрей Портвейныч считает, что революционеру алкоголь совсем, то есть абсолютно, не нужен — его заменяет адреналин и ненависть. Или вместе, или раздельно. И то, и другое посильнее любых удовольствий, а пламенным революционерам чужды удовольствия. Ненависть и месть – вот их удовольствие, хотя декларируют, что ими движет возвышенная любовь к Родине или идее, или ещё чему там. А удовольствия – это вечное «потом, когда мы (….)». Даже в Интернационале : «…разрушим до основанья, а затем, мы наш, мы новый мир построим, …». Тьфу, пакость какая!

Как правило, на баррикадах действует сухой закон. Все взвинчены и находятся на пределе человеческих сил, а если поливать это алкоголем, добра не жди. Старшие ответственные товарищи следят, чтобы никто из бойцов не нажрался. Обычно этого и не происходит, потому как бойцы проявляют революционную сознательность. Им всё-таки плечо к плечу стоять: жизнь на кону.

Хорошо, а как насчёт использования бутылок из портвейна для коктейлей Молотова? То же не очень. Бутылки из под винтажного портвейна совсем непрозрачны – жутко неудобно следить, сколько налилось вонючей горючей жидкости, полная или неполная бутылка. Во вторых, наполненная горючкой, с торчащим грязным куском бинта, заляпанная бутылка винтажа великого 1977 года на выщербленном деревянном ящике (в соседстве с парочкой шато лафит 1963 года, хи-хи) выглядит несколько кощунственно и наводит на размышления о спонсорах революции… Но прозрачные бутылки от других портвейнов можно использовать для коктейлей Молотова вполне успешно, равно как и от других напитков.

Ах да, заминка: портвейн в принципе редкий напиток среди планетарного океана алкоголя. Статистически, шансы у портвейновой бутылки геройски погибнуть во имя Революции, разбившись после полёта и озарив окрестности ярким пламенем, ничтожно малы! Хотя такой судьбе можно позавидовать – миллионы товарок свозят на стекольные заводы для переработки. Унизительное прозябание в мусорном контейнере и гибель на ленте конвейера – вот закономерный и жалкий конец обычной бутылки! Вспоминают ли они, как сияли блики на их боках под яркими солнцами супермаркета, вспоминают ли они ласковые руки мерчандайзера и жадные, масляные взгляды малобюджетных посетителей магазина? Помнят ли они то, взаимно вспыхнувшее чувство, ту первую любовь покупателя и бережное покачивание корзинки, а потом – волнение на кассе, а дальше накрытый стол и … душат слёзы… не могу …

А что же народ, те самые примкнувшие и сочувствующие революционным массам т.н. слои населения? Пассивные пьют от страха, активные занимаются грабежами. И те и другие вряд ли будут глушить или тащить портвейн, разве что случайно. Но революции ведь рано или поздно заканчиваются, правда? Ну, такой повод, ну такой, что аж челюсти сводит!

Во время торжеств у портвейна есть некоторые шансы поучаствовать если не в Революции, то в праздновании её итогов. Кстати, в Португалии тоже была революция в апреле 1974 – Революция Гвоздик. Замутили её военные, которые решили свернуть режим Марселу Каэтану, верного ленинца последователя Салазара – португальского упыря-диктатора, сидевшего на должности почти полвека. Революция была бескровной и длилась 14 часов (48 лет диктатуры и конец власти за 14 часов – каково?).

Кстати, по Салазару. Португалия, благодаря ему, не вписалась во Вторую Мировую и к 1945 году сохранила все колонии. Державно и хорошо, а вот простой народ, хоть и не сложил голов на поле боя, но шибко бедствовал. Португалия на протяжении нескольких послевоенных десятилетий была самой бедной страной Европы, а на смуглых гастрайбайтеров брезгливо фыркали по всему континенту, вот примерно также, как сейчас на таджиков с киргизами в Москве.

Ну, а откуда «цветочное» название у Революции гвоздик? Рассказывают, что в революционные дни некая девица из лиссабонского супермаркета выбежала на улицу и воткнула гвоздику в ствол винтовки солдатика. Не поцеловала, не обняла, не налила стакан портвейна, не вынесла мозг, не угостила треской или салом, не кокетничала, а просто подошла решительно и воткнула растение в дуло боевой солдатской подруги. По Фрейду – нейтрализовала соперницу. Такой необычный, эффектный и, я бы сказал, постмодернистский поступок поразил окружающих, широко разошёлся и обрендил ту португальскую Революцию. Несомненно, во время празднования победы портвейн лился рекой. Но то было на родине портвейна.

Тем не менее, есть у Портвейныча предположение, каким образом портвейн может быть причастен к революциям, переворотам, путчам и всяким немирным мероприятиям, причём речь идёт о самых лучших портвейнах… Бокалы с таким портвейном теоретически могут стоять на столах, за которыми ведётся неспешный и негромкий разговор непростых парней, которые принимают непростые решения, будучи за тысячи километров от грядущих событий. За этим столом даже слово «революция» не произносится, всё больше какие-то финансовые намёки, покерные переглядывания и шуточки дурацкие. Вот только их шуточки через какое то время оборачиваются кровью…

16 Фев
2014

Винодельня — отель или наоборот?

Хорошие новости пришли с небольшого хозяйства Quinta da Pacheca : линейка портвейнов пополнилась 10, 20 и 30-летними датированными тони. Старые бочковые портвейны отменного качества, разлитые в бутылки модной нынче формы. Мода эта родилась благодаря стараниям парней из Graham’s, но бутылка хороша: форма подчёркивает эксклюзивность и основательность, что ли, продукта.

На кинте имеются большие и старые подвалы, с немалыми запасами выдержанного портвейна. Почему было принято решение о розливе и каков объём, не знаю. Ещё два года назад у них был довольно скудный ассортимент вин, а вот сейчас – другое дело! Не сомневаюсь, что качество старых тони заслуживает похвалы. Кстати, не так уж много хозяйств долины могут похвастаться тридцатилеткой тони в своём ассортименте. Не то, чтобы запасов у них недостаточно, но вот создать такой купаж тони – это уже серьёзно.

Кинта расположена напротив городка Регуа, на южном берегу Доуру, рядом с другим древним городком, Ламего. Если посмотреть чуть правее буквы «А» в шапке моего блога, можно увидеть этот город на старинной карте. Как утверждают владельцы кинты, они были чуть ли не первыми, кто стал бутилировать вино под своим брендом, что отмечено в документе апреля 1738 года: вино обозначено как Pachecas, потому что имение принадлежало D. Mariana Pacheco Pereira. В 1903 José Freire de Serpa Pimentel решил заняться виноделием и купил кинту. В 1916 году были обустроены каменные лагары, используемые и сейчас.

До сих пор кинта в собственности семьи Пиминтель, а хозяев зовут Мария (заведует виноделием), Катарина (по гостиничной части) и Жозе. Владельцы решили сделать акцент на винном туризме – обустроили комфортабельную гостиницу на 15 номеров и ресторан – с видом на бочки. Получилось здорово! Тереза Пиментель (мама хозяев) слывёт одним из лучших поваров в долине Доуру. Часто привозят экскурсии – покушать и потусить на тру кинте. На Quinta da Pacheca и хлеб пекут, и блюда местной кухни готовят, не только вино делают. Можно взять мастер-класс от Терезы. Всё очень по-домашнему, семейная обстановка для гостей, мило.

Виноградники занимают около 40 га, выращиваются сорта (красные) Tinto Cão, Tinta Amarela, Touriga Nacional, Touriga Francesa, Tinta Barroca, Tinta Roriz (Tempranillo) и белые Malvasia Fina, Esgana Cão, Verdelho, Gouveio, Rabo de Ovelha, Cerceal, Viosinho и Códega. На кинте экспериментируют, поэтому высажены поразительно нехарактерные для Долины Доуру сорта: Рислинг и этот, как его, Гевюрцтра… ну, вы поняли. 

Вот характерный отчёт одной туристки о посещении кинты: «Мы остановились на Quinta da Pacheca, маленькой винодельне, принадлежащей семье Пименталь больше века. Хозяева открыли небольшой ресторан и переделали здание 18 века в гостиницу с 15 номерами. Отель полон во время сбора урожая, а множество людей приезжают чтобы посмотреть, как давят виноград – говорит Таня, которая проводила экскурсию.

«Мы нанимаем 50 мужчин для первого дня дробления» говорит она, когда мы стояли в больших гранитных ваннах – лагарах. Мужчины в шортах, они выстраиваются плечом к плечу, руки друг другу на плечи. Только лидер говорит: «вправо, влево, 1-2-3-4, и они методично топчут виноград под музыку. «Топтание может продолжаться в течение нескольких дней, сказала она, но с меньшим числом мужчин и без музыки и танцев». Она налила мне белого портвейна, который оказался не таким сладким и более похожим на традиционное вино.

В кухне ресторана я получила бонус, за который любой гурман был бы признателен: урок о том, как сушеная, соленая треска восстанавливается и превращается в съедобную рыбу. Затем Фернандо и я съели наш обед с жареной треской возле большого окна с великолепным видом на виноградники, оливковые деревья, и виноградные лозы, которые поднялись на склон на противоположной стороне реки. Потягивая портвейн с роскошным шоколадным тортом, я задавалась вопросом, могу ли я изменить планы своего путешествия и остаться здесь».

А что же портвейн?

Кроме упомянутых в начале благородных старых бочковых тони, на кинте было выпущено несколько винтажей – 2000, 2004 и 2005 года. Почему же так немного, а что раньше? Поговаривают, что на протяжении некоторого времени кинта была аффилирована с соседями: домом Sandeman: возможно, часть урожая продавалась для производства их портвейнов, не иначе.

Не нашёл я информации о винтаже 2011 года. Это странно, очень странно, почему же не декларировали? Есть информация, что урожай на кинте был мал (в 2011) из-за атаки милдью (это такое грибковое заболевание винограда) в июле. Мол, 80 % урожая потеряли… Почему своевременно не приняли меры (опрыскивание после цветения) – не знаю, ведь можно было защитить растения при первых признаках болезни.

Кроме винтажей, в портфеле хозяйства имеются один LBV 2009 года, розлитый в 2013 (обратите внимание: не фильтрованный, что хорошо), обычный тони, и портвейн категории reserve. Пару слов о последнем: это очень достойный купаж вин возрастом от 6 до 10 лет выдержки, с орехово — фруктовым букетом.

На кинте делают немалый ряд вин категории DOC, а также оливковое масло (это много где делают) и … джем. Ну а что вы хотели? У руля кинты — женщины, значит имеем: номера с перинами, вкусный джем, уют, ужины при свечах и кулинарные изыски… Не имеем: винтаж 2007, 2009, винтаж 2011.

9 Фев
2014
Опубликовано в: Былое и Думы
От    1 комментарий

Российская империя и португальский портвейн: первое знакомство

Измышления историка-дилетанта Андрея Портвейныча — на ваш суд. Попробуем провести небольшое историческое расследование, руководствуясь скудными источниками и здравым смыслом. Сначала предлагаю определить реперную точку – когда португальский портвейн с 90% вероятностью попал на стол потребителей Российской империи.

Обратимся к исследованию ученых Центра иберийских исследований ИЛА РАН Петра и Наили Яковлевых. «Уникальным событием в отношениях между двумя странами, говорит Петр Яковлев, стало открытие в 1781 году в Санкт-Петербурге Португальского дома коммерции (Casa Portuguesa de Comercia na Russia). Инициаторами его создания были крупные португальские торговцы вином, для которых российский рынок приобрел все большее значение. Оценивая деятельность этого учреждения, лиссабонская газета «Диарио де Лижбоа» писала в марте 1783 года: «Дом португальской коммерции в Санкт-Петербурге столь солидный, что уже в 1782 его оборот составил 1 миллион крузадо». Сумма по тем временам была немалая». Основатель Португальского дома коммерции был Жозе Педру Селештину Велью (Jose Pedro Celestino Velho, 1755 — март 1802), родом из Порту, который до переезда в Россию также занимался виноторговлей!

Кстати, как ни рыл я носом просторы интернета, так и не нашёл, где бы в Питере мог располагаться барон Велью и сам Португальский дом коммерции. Контора-то должна была быть хоть какая, не говоря уж о складах, но это ладно, может сразу с «борта судна» как «с колёс» товар уходил? Я предупреждал, кстати, что я дилетант. Есть ли здесь петербуржцы – знатоки истории города? Помогли бы с расследованием… Интересно ведь.

Даже если предположить, что большую часть вина, попадавшую в Санкт-Петербург, составляла мадера и другие вина, портвейн, безусловно, присутствовал. Но дата первого знакомства российских потребителей с португальским портвейном может быть старше даты основания Португальского дома в 1781 году и начала его деятельности.

Петр Яковлев: «у истоков российско-португальских торгово-экономических связей стоял царь Петр Первый. В 1723 году он издал указ о расширении международной торговли России, и в числе перспективных торговых партнеров прямо называлась Португалия, которая в тот период была активным участником мировой коммерции. В 1747-49 годах из Португалии в балтийские порты Российской империи ежегодно приходило до 20 торговых судов. Португальские коммерсанты стали важными поставщиками в Россию такого стратегического товара, как соль. Кроме того, в значительных количествах поставлялось вино. Интересно отметить, что российское правительство специально поощряло торговлю с Португалией, предоставляя купцам этой страны существенные таможенные льготы»… Анекдот об этом есть, печально-политический (озираясь) и одновременно похабный немного (простите уж):

Анекдот анекдотом, но Петр и его сопровождающие могли пить портвейн во время своего великого посольства, по крайней мере в Англии, но об этом ниже. Балтийские порты – это Рига и Ревель (Таллинн). Думаю, среди товаров был портвейн, однако ушёл ли он в глотки остзейских баронов или хоть малая толика попала в глубинную Россию – о том мне неведомо. Итак, мы имеем коридор вероятностей 1747-1782, и в этом коридоре знакомство и произошло. С начала 19 века португальский портвейн уже прочно «устаканился» на столах тех, кто мог себе его позволить в Российской империи. 

Английский след

Если российско – португальские отношения развивались ни шатко ни валко на протяжении всей истории по причине малой пересечённости интересов, то вот отношения России с Британской империей были протяжёнными и бурными. Поскольку Британия была основным потребителем портвейна, вино могло закупаться из Британии, у тамошних торговцев. Думаю, что в 19 веке и начале 20, так отчасти и было, но мы здесь рассуждаем о временах более древних.

Не будем опускаться до того августовского дня 1553 года, когда английский корабль «Edward Bonaventure» бросил якорь в Двинском заливе Белого моря и тем самым положил началу торговым и вообще всяким российско-британским отношениям. Портвейна как такового и не было в те времена в Британии. Англичане быстро выстроили торговые отношения с московитами через Архангельск, а вино в товарообороте присутствовало всегда, это факт. Вопрос: когда португальский портвейн мог попасть в Россию через британских торговцев? Не знаю. Определённо в 18 веке какой-то ручеёк был. Напомню, что под португальским портвейном 17 и первой половины 18 века мы подразумеваем просто вино из Порту, это было не совсем то, что мы пьём сейчас.

А ещё в Британии учились российские студенты — ещё со времён Бориса Годунова, было посольство, ездили купцы, вельможи… Мужики то живые, а жили там годами, воспринимали местное хорошее, отвергали плохое. Ну, или наоборот. Кто-то возвращался в Россию, привозил с собой приобретённые за многие годы вкусы и привязанности. Мне кажется, отношение к портвейну в Российской империи колебалось сообразно российско — британско — французской «политической линии», так сказать, хотя на протяжении нескольких веков это была даже не «линия», а скорее «нерв»… Крымская война середины 19 века породила сильнейшие англофобские настроения во власти и обществе, которые сильны до сих пор, несмотря на тысячи переселившихся на берега Темзы современных нуворишей, но британские торговые Дома всегда находили пути для экспорта портвейна в Россию, со времён былинных и до дня сегодняшнего.

А вот есть у меня догадка, где был откупорен первый бочонок с портвейном в Москве. Этот старое английское посольство и нынешний музей «Английское подворье». Бочка в экспозиции, говорят, присутствует, правда не понятно от чего.

Какое же было соотношение прямых поставок портвейна из Португалии и поставок вина из Великобритании или других стран (например, Голландские купцы всегда были активны), какова была динамика и объёмы за период 1750-1917? Не знаю, это вопрос к профессиональным историкам. Но тема интересная. 

26 Янв
2014
Опубликовано в: Основы, Португалия
От    Нет комментариев

Регулятор и часовой

Португальцы первыми начали устанавливать правила виноделия и винной торговли, опередив французов, итальянцев и прочих на доброе столетие. Началось всё с реформ Маркиза де Помбала в середине 18 века, когда была проведена первая демаркация региона Доуру, производящего портвейн, были определены первые правила производства портвейна и торговли им: аутентичность вина, квотирование экспорта, контроль качества и многое другое. Впоследствии правила не раз корректировались и успешно нарушались.

Во второй половине XIX века три напасти подорвали портвейноводство: оидиум в 1850-х, десятилетием позже филлоксера, опустошившая виноградники «старого» региона и вынудившая фермеров выйти за его пределы, а ещё подделки портвейна, наводнившие традиционные рынки сбыта по демпинговым ценам – из Франции, Германии и других стран. Последнее было наиболее болезненным, имиджевые потери были огромны, не только финансовые. На рубеже веков регион пришёл в полный упадок… Надо было что-то делать, и реформы начались как сверху, так и снизу.

10 мая 1907 года тогдашний правитель Португалии João Franco издал декрет, закрепляющий и уточняющий принципы, заложенные маркизом Де Помбалом. Была произведена новая демаркация, регион производства портвейна был расширен на верхнюю Доуру. Были закреплены правила оборота бренди, используемого для фортификации (декрет от 27 июня). Всё это сопровождалось бурными дебатами, изменениями и уточнениями в дальнейшем, но в целом ситуация исправилась, был наведён элементарный порядок в отрасли, что привело к бурному росту производства и экспорта.

Республиканское правительство в 1926 году создало т.н. «зону маркировки» (Entreposto) в Вила Нова де Гайе, только там и нигде более могли располагаться подвалы торговцев и производителей, только там мог вызревать портвейн. По статусу эта зона приравнивалась к «филиалу» демаркированного региона; был положен конец неконтролируемому экспорту портвейна непосредственно из региона виноделия.

Чуть позже родились две гильдии: Casa do Douro (Объединённая федерация фермеров региона Доуро) – 1932, и Гильдия поставщиков портвейна – в 1933. Понятно, интересы каких сторон они представляли, и также понятно, почему особой любви между этими организациями не наблюдалось, что плохо сказывалось на делах. От греха подальше в 1933 году был учреждён Институт вин Доуру и портвейна (Instituto dos Vinhos do Douro e do Porto (IVDP)), которому были делегированы широкие полномочия регулятора и координатора. Если коротко, «смотрящий» за портвейном (и др. винами региона). Такой вот институт хороший. Без студенток… зато с портвейном. Тоже хорошо.

 Миссия института:

  • Разработка стратегий производства вин и торговли в интересах региона;
  • Контроль происхождения вин – чтобы никто не вылазил за пределы демаркированной зоны и не ввозил левака;
  • Контроль и надзор за производством и торговлей винами, произведёнными в регионе, контроль и подтверждение их качества;
  • квотирование объёмов на основе анализа производства предыдущих лет и имеющихся складских запасов;
  • Содействие внедрению новейших агротехнических, винодельческих и технологических практик в регионе;
  • Маркетинг, образование, просвещение, популяризация и т.д. 

Институт подчиняется Правительству, возглавляется Президентом (сейчас – Manuel de Novaes Cabral) и состоит из четырёх подразделений: Межпрофессиональный Совет, в котором равно представлены производство и торговля, Правление, Комитет по надзору и Консультативный комитет. Штаб-квартира расположена в Peso da Régua (Rua dos Camilos, 90), а филиал – в Порто.

Всё имеется: оснащённые лаборатории по сертификации и тестированию, в которых оценивается качество вин и виноградного спирта для фортификации, лучшая в мире библиотека портвейновой тематики (меня бы туда), лучшие специалисты в отрасли – от энологов до юристов.

На каждой бутылке портвейна, которую вы покупаете в магазине или где бы то ни было, имеется «привет» от Института Портвейна – номерная марка (или бандероль), Selo de Garantia, запаянная под термоусадочный колпачок, каждая бутылка нумеруется индивидуально. Её функция проста – удостоверить подлинность портвейна. Конечно, прежде чем выдать производителю пачку марок, происходит полная процедура тестирования образцов вина, особенно это важно в тех случаях, когда производитель намерен декларировать винтаж. Могут и завернуть, у них власть. Бывает, до половины заявленных образцов заворачивают!

Институт не только квотирует производство и экспорт, раздаёт марки и проводит инспекции хозяйств и подвалов, то есть не только определяет правила игры, но и ведёт большую информационную, просветительскую, если угодно, работу, принимает участие в выставках, организует по всему миру мастер-классы для сомелье, импортёров.

В Регуа, Порто и в Лиссабоне можно продегустировать портвейны и вина региона, есть интересные экскурсии. Там же можно купить приглянувшуюся бытылку – другую… Издательское дело также присутствует, а уж в библиотеке Института старый книгочей Андрей Портвейныч пропал бы однозначно… Сайт в англоязычном варианте небогат на информацию, документация вся на португальском, разумеется. Жаль, очень. На сайте размещена чудная галерейка подделок портвейна со всего света, а вот из наших, постсоветских стран – только пару бутылочек родом из Молдовы. Не дорабатывают однако, или опасаются, что хостинг не резиновый? Но всё-таки стоит Институт на страже портвейна и нашего удовольствия, за что спасибо.

Интереснейшие детали о повседневной работе Института можно почерпнуть на сайте моей доброй знакомой Валерии Зеферино. Крайне рекомендую: информация из первых уст, Валерия сама брала интервью у Бенту Амарала, руководителя Дегустационной палаты Института.

19 Янв
2014

Наследие Ордена цистерцианцев

Полторы тысячи лет назад в Италии родился человек, изменивший не только лицо тогдашнего монашества, но и повлиявший на Европейские традиции и культуру — Бенедикт Нурсийский. Основная его заслуга была в создании нового устава для монашествующих, «Правил монашеской жизни». Основной посыл правил – нестяжание, послушание и труд, плюс правильная организация монашеской общины. У монаха не должно быть ничего в собственности, абсолютно ничего – «ни книг, ни табличек для письма, ни стилета» — всё это он получал от аббата во временное пользование.

Важный для нас момент: Бенедикт Нурсийский крепко внедрил принцип, что труд, физическая работа братии, также ведёт к познанию Бога и способствует спасению. До того труд для монахов не был обязательным правилом, ну разве что для тех бедных братьев или отшельников, которые вынуждены были заниматься каким-либо рукоделием, чтобы не умереть с голодухи. Зато в народе образ толстого монаха – бездельника укоренился прочно. Настоящим и искренним подвижникам веры такое некрасивое явление было отвратительно.

Основанный св. Бенедиктом на горе Монте-Кассино монастырь стал образцом для подражания, и впоследствии все монастыри Западной Европы были устроены по его подобию. Работа на земле стала источником богатства монастырей и причиной расширения владений.

Но, как известно, любое благое начинание со временем тускнеет, обрастает исключениями и искажениями. Главный принцип Ордена Бенедиктинцев – “Ora et labora!” — «молись и работай!» был за несколько веков забыт, не говоря уже о бедности, удалении от мирских благ и нестяжании. Снова обленились и разжирели, чего уж там.

В 11 веке рыцарь из Шампани по имени Роберт, принявший монашество в 15 лет, долго скитался по обителям, нигде не находя идеала, одни лишь безобразия. В конце концов, вместе с двумя десятками единомышленников – братьев он основал обитель на севере Бургундии – Сито (отсюда название ордена Цистерцианцев). В монастыре были введены правила такие же простые и строгие, как Устав караульной службы, допустим. Аскеза торжествовала во всём. Спали монахи коротко, даже не раздеваясь, на молитву уходило около шести часов в день, остальное время – работа. Скудное питание и лохмотья вместо одежды, отказ от украшения интерьеров храмов, пышной архитектуры и драгоценной утвари.

Однако дело было в Бургундии! Цистерцианцы много работали, владели технологиями, землями и средствами. Стоит ли удивляться, что именно им мы обязаны вином под названием Бургундское! В те времена монастыри были ещё и очагами знаний и мысли, владельцами огромных библиотек. Достаточно перечитать «Имя розы» Умберто Эко или посмотреть фильм с блистательным Шоном Коннери в главной роли: действие романа развивается, между прочим, в монастыре Бенедектинцев!

Мой старый приятель, Владимир Иванович С., когда-то рассуждал, что такое положение вещей, мол, было бы неплохим для человечества в дальнейшем его не-развитии, но тут на сцену явились французские энциклопедисты со своей энциклопедией и сделали знание доступным широким массам трудящихся. Кому сказать спасибо за интернет и атомную бомбу? Скажите Дени Дидро и его подельникам.

Хотя, всё-таки, по мнению Андрея Портвейныча, знание, агрегированное в монастырях, по мере накопления стало бы бесполезным даже для монахов, будучи мало систематизированным и осмысленным. Что, собственно, исправили энциклопедисты со своим универсальным научным подходом, выпустив джина из бутылки.

Энциклопедия была не только безобидным справочником: это был манифест о роли торжествующего разума, но не религии в развитии человечества. Итог: Французская революция и море кровищи. Дальше – ещё больше.

Но наконец-то сейчас, в 21 веке все всё поняли и решили отмотать обратно! Наступает ЭРА НОВОЙ НЕГРАМОТНОСТИ! Финансовый аналитик с дипломом = средневековому гончару! Почему? Потому что они оба они – ремесленники. Владеют ремеслом, к знаниям в стороне от ремесла не стремятся, никак. Мыслить не желают, а зачем, собственно? Один когда-то на комедиантов таращился и бродячим менестрелям в харчевне подпевал, второй нынче в клубе (харчевне, да?) развлекается, по актуальным сайтам бродит, в сетях над собратьями глумится. Что дадут, то и сжуёт. Разницы – ноль. Оба для прогресса бесполезны. Остаётся только помозговать, кто же сейчас играет роль средневековых Клюни или Санкт-Галлена?

Цистерцианцы стали широко использовать водяные мельницы, экспериментировали с селекцией сортов винограда, привоями, приёмами агрономии, придумали систему «cru» и терруарные принципы. Слава цистерцианцев как виноделов росла благодаря знаниям и опыту, бургундскому, ликёру «Бенедиктин» и винам Эльзаса, где они также преуспели. Добрались братья и до Португалии.

Кинта de Ventozelo

В неких средневековых манускриптах написано, что цистерцианцы купили эту землю аж в 1288 году; разумеется, не просто так, а для возделывания винограда. Расположена кинта недалеко от Пиньяу, вверх по течению Доуру, напротив кинты Роэда Дома “Croft”.

Площадь впечатляет: около 600 га, кинта растянулась на 2 км вдоль реки – одна из самых больших в долине! C 16 века кинтой владели некие люди из Ламего. В 1826 границы кинты были окончательно определены. После 1958 года собственность перешла к Edmundo Alves Ferreira; в 1999 году довольно запущенное хозяйство было продано некой винодельческой группе из северной Испании, которая инвестировала значительные суммы для восстановления старых террас и посадок новых виноградников, в основном сорта Touriga National.

Примечательно, что кинта никогда не была аффилирована ни с кем из крупных и старых производителей портвейна, а лишь поставляла им виноматериал. На кинте сохранились старые террасы различных типов, винодельня с лагарами, а механизация как таковая и всякая хитрая автоматика отсутствует. Так уж повелось, что виноградари кинты придерживаются традиционных «чистых» технологий, хотя кинта не получала никаких «органических» сертификатов. Есть собственные подвалы, где зреет портвейн кинты.

Судя по информации, нынешние хозяева делают упор на  винах категории DOC: их ассортимент довольно широк, а некоторые получали хвалебные отзывы известных экспертов. Но не обойдён и портвейн Ventozelo. Винтажи декларировались в 1998, 1999, 2000, 2001-03, 2005 и, вроде бы в 2007. В крайне удачном 2011 – нет, причина этого непонятна, но скорее всего это решение новых хозяев, нацелившихся на другие рыночные ниши.

Нужно сказать, что винтажи кинты в рейтингах всегда получали весьма скромные оценки, но и стоят они недорого. Есть LBV 2007 года: хорош, встречаются в продаже и постарше. Очень неплохо удаются виноделам датированные тони 10 и 20 лет – на них стоит обратить внимание. Выпускаются симпатичные подарочные наборы с вином в декантере. В ассортименте нашлось место и добротному Ruby Reserva.

Кстати, орден цистерцианцев существует и поныне. Монастыри есть в Европе и США, общее число братьев Ордена чуть более полутора тысяч. В некоторых странах их называют белыми монахами, траппистами или бернардинцами, по имени аббата Бернарда Клервосского, стараниями которого Орден цистерцианцев достиг могущества ещё в 12 веке…