2 Фев
2017
Опубликовано в: Основы
От     Коментарии

Как всё устроено и кто есть кто

Шариков как-то говорил: «а то пишут, пишут… Конгресс, немцы какие-то… Голова пухнет» — это о моем блоге, в принципе. Я поймал себя на мысли, что сайт уже так распух за прошедшие годы, что уже и сам не помню, что там и о ком писалось пару лет назад – только поиск помогает, если что-то нужно. Это я говорю как о портвейнах, так и о производителях оных, кинтах, торговцах, брендах. Много их, много, а будет еще больше, если я не отправлю этот проект в сад забвения окончательно… Неискушенному интересанту трудно понять и позиционировать производителей и\или их бренды, хотя бы выделить и запомнить несколько, чтобы потом, оказавшись перед полками с сотнями соблазнительных бутылок портюши, выбрать что-то подходящее и желанное. Так давайте попробуем разобраться, как устроена торговля портвейном и кто там правит бал – это интересно!

Пирамида портвейна: от фермеров к ТНК

Портвейн делают на виноградниках, виноградники – это земля долины Доуру. Чья она? В основе пирамиды портвейна – около 35 000 (!) маленьких фермерских виноградников, огромное лоскутное одеяло, в которое вкраплены крупные кинты, как редкие заплатки. Фермерские виноградники совсем крохотные, дают едва бочку – другую вина. Денег на собственную винодельню, бренд, маркетинг и персонал нет, да и не нужно.

Есть три пути:

  • Ухитриться сделать вино по старинке – для дома, для семьи, пользуясь подручными средствами. Как мы варенье закатываем на даче. Или — договориться с соседней винодельней, чтобы те за малую денежку сделали вино (не обязательно портвейн) – для себя, не на продажу. Это ровно как свезти зерно на мельницу.
  • Собрать и сразу продать виноград соседнему крупному производителю, имеющему винодельню и т.д. Никаких хлопот, зато можно заработать, в отличие от первого варианта. Кстати, такие коммерческие связи могут длиться на протяжении многих поколений.
  • Совместить первое со вторым.

Кооперативы и кинты

Почему бы не объединиться с такими же мелкими соседями в кооператив? Хорошая идея! Их довольно много, кооперативов, и некоторые из них обзаводятся даже собственными винодельнями, приглашают способных виноделов и отвоевывают место под солнцем на рынке Португалии и даже других стран (собственными брендами, как Reccua), но это – скорее исключение, чем правило. Кооперативы производят до 20% вина, из которых 19% продается крупным производителям для производства дешевых вин нижнего сегмента – руби, тони, белого и прочих.

Есть в долине Доуру довольно крупные кинты — хозяйства в частной собственности, среди которых весьма именитые и старинные, о которых я пишу регулярно (Q. Do Javali, Q. Do Crasto, Q. Santa Euphemia и др). После 1986 года кинты и кооперативы получили возможность экспортировать портвейн напрямую, под своим брендом. На некоторых есть винодельня, другие пользуются аутсорсингом. В общем объеме экспорта портвейна собственные бренды кинт занимают едва 1%…  Виной тому скромные ресурсы на маркетинг. Многие небольшие кинты также продают виноград, а не вино.

Кто отвечает за торговлю ягодами и виноматериалом? Вестимо, посредники – оптовые компании, которые занимаются скупкой и перепродажей их крупным производителям. На посредниках логистика, контроль качества, и т.д.

Крупняк

фото 1 как все устроеноКак все было лет 300 назад? Бедный дворянин из Йорка приплывал в Опорто, на последние шиллинги покупал дюжину бочек вина у местных чуваков, фрахтовал площадь в корабельном трюме и отправлял бочонки в Лондон. Там его агент или партнер, а обычно – родня, занималась обычной дистрибьюцией – продавали портвейн в кабаки на розлив или гражданам, прямо в бочках, а впоследствии – в бутылках, организовав кустарный розлив. Дело было прибыльным, поэтому масштабы бизнеса росли, а вот тот дворянин уже назывался не «чувак из Йорка» а «Croft & Co», например. По-английски такие конторы называли «shippers», что уместно перевести как «поставщики», «грузоотправители» — это и есть точный смысл их деятельности.

В XIX веке количество таких компаний исчислялось сотнями, большая часть торговли принадлежала лицам с явно британскими фамилиями, но хватало и португальцев, были немцы, датчане и прочие. Слияния и поглощения, выгодные браки, банкротства, союзы, покупки и продажи – все это было тогда и продолжается сегодня, но немного иначе. Что произошло за последнюю сотню лет с двумя мировыми, прогрессом и глобализацией?

  • Множество мелких компаний было сожрано крупными или разорились, некоторые бренды канули в лету, некоторые – сохранились.
  • Транснациональные алко корпорации с их колоссальными финансовыми ресурсами (“Diageo”, “Perno-Ricard” “Seagram” и др.) наложили лапу на многие компании полностью или частично, владея солидным пакетом акций. Правда, в последние десятилетия наблюдается обратная тенденция выкупа активов у глобальных гигантов алко индустрии.
  • В торговле был наведен элементарный порядок – регулятором и поныне выступает Институт вин и портвейна.
  • Shippers стали активно скупать виноградники в долине и обзаводится кинтами, более не желая целиком зависеть от конъюнктуры цен на сырье. Владея собственными виноградниками, проще наладить сквозной канал контроля качества продукции. Однако, все равно все без исключения закупают виноматериал на стороне, как и в былые века: но для лучших портвейнов стараются использовать свое сырье.

Кто сегодня правит бал на рынке портвейна?

Приведенный ниже рейтинг – мнение Ричарда Мэйсона, одного из ведущих экспертов по портвейну. Рейтинг условный: точные объемы продаж составляют коммерческую тайну, возможны перестановки. Итак, вот «великолепная пятерка» по убыванию:

  1. Symington Family Estates – Симингтоны. Они владеют брендами «Graham’s», «Dow’s», «Warre’s», «Smith Woodhouse», «Cockburn’s», «Gould Campbell», «Quarles Harris», «Martinez», «Quinta do Vesuvio», «Quinta de Roriz», 25-ю кинтами и множеством виноделен, плотно занимаются мадерой. Это самая крупная компания на сегодняшний день.
  2. Porto Cruz (о них я ещё напишу) – на втором месте. Владельцы – французы, компания «La Martiniquaise». Понятно, что на втором месте они оказались благодаря колоссальной емкости французского рынка, куда поставляются в основном рядовые портвейны под брендом “Gran Crus”.
  3. Sogrape Vinhos S.A., принадлежащая семье Гедес (бренды Sandeman, Ferreira, Offley, Robertson’s)
  4. Fladgate Partnership Адриана Бриджа (бренды Taylor’s, Fonseca, Croft, Weise&Krohn, Rozmariz и часть акций Messias).
  5. Группа компаний Sogevinus из Испании, владеющая Calem, Gilberts, Kopke, Burmester, Barros.

Эта «великолепная пятерка» контролирует около 80% торговли и экспорта портвейна. Для справки: в реестрах «Института вин Доуру и портвейна» зарегистрирована почти сотня компаний, имеющих разрешение на торговлю портвейном, большая часть из них имеет лицензию на экспорт.