4 Окт
2012
Опубликовано в: Производители
От     Коментарии

Дом Delaforce. Портвейн гугенотов

Те многие, кто в  детстве или юности жадно читали Дюма «Три Мушкетёра» и смотрели одноименный фильм, прекрасно помнят эпизоды, связаные с осадой Ла-Рошели, при которой д`Артаньян сотоварищи явили чудеса героизма и шалопайства. Кто же засел в крепости? Да те же единокровные французы, но протестанты, сторонники Реформации, прозванные гугенотами. В советском фильме  Боярский даже поёт «Песенку о католиках и гугенотах». Вражда между ними была лютая и долгая, а Ла-Рошель и прилегающий регион был  главной (и последней) их базой во Франции. Несмотря на морскую помощь Англии, королевские войска в 1628 году овладели этой твердыней протестантов. По Алесскому договору гугеноты должны были срыть крепостные укрепления Кастра, Монтобана, Нима и Юзеза, за что им была дана амнистия и предоставлена свобода вероисповедания. При Ришелье и Мазарини гугеноты беспрепятственно пользовались своими правами; но Людовик XIV начал постепенно ограничивать их права, а после смерти Кольбера гугенотов стали обращать в католичество насильственным путем. Множество гонимых спаслось тогда бегством в Швейцарию, Нидерланды, Германию и Англию. В общем, Франция потеряла 200 000 трудолюбивых граждан. За границей они везде были приняты радушно и способствовали в значительной мере поднятию торговли и промышленности. Именно среди этих беженцев и были предки основателей Дома Delaforce. Наверное, дворяне: фамилия De la Force или как-то похоже. Кто знает, может кораблик на торговой марке символизирует судьбу странников… Семья осела в Лондоне. Собственно история Дома портвейна началась с того, что в 1834 году некий молодой человек  John Fleurriet Delaforce прибыл в Порто и поступил на службу, а впоследствии стал управляющим в Доме портвейна «Martinez Gassiot». Кстати, семья  Gassiot так же была гугенотской. Его младший брат Джордж Фредерик остался в Лондоне и также занялся виноторговлей, т.е. обеспечивал поддержку на берегах туманного Альбиона.  В 1868 году сын Джона George Henry (1844-1912) основал Дом под собственной фамилией. До конца 19 века портвейны Дома взяли три золота на престижнейших международных выставках, эти медали сейчас красуются на этикетках лучших портвейнов Дома. Сыновья и внуки основателя продвигали бизнес по проторенной схеме: кто-то работал в Опорто, а кто-то – в Лондоне, что оказалось очень удачным решением. Портвейн экспортировался в Германию, Францию, Ирландию и да – в Россию, об этом сохранились достоверные свидетельства. Первая четверть ХХ века была удачной для бизнеса; несмотря на Первую мировую, рынки расширились на Бразилию, Португальские колонии в Африке, Скандинавию, Северную Америку. В 1931 году Дом приобратает великолепную  Quinta da Foz de Temilobos (на пол-пути между Регуа и Пиньяо). Тогда же были созданы два бренда тони, завоевавшие огромную популярность и выпускаемые до сих пор:  «His Eminence’s Choice» (10 лет) и Curious & Ancient (20 лет). Члены семьи всегда были уважаемыми членами «Factory House» – закрытого клуба английских производителей и торговцев портвейна в Опорто, а в 1983 году Джон Делафорс даже опубликовал книгу об этой влиятельной конторе. Дом владеет подвалами в Вила Нова де Гайе, сохранившими старые приспособления для транспортировки и чистки бочек, есть небольшой музей.  С 1969 года Дом становиться частью  Distillers & Vintners Group (IDV). Обьём продаж портвейна в 70-х – около шести миллионов бутылок ежегодно. Впоследствии Дом перешёл под крыло Адриана Бриджа и его «The Fladgate Partnership» (TFP). В 2007 году Адриан продаёт торговую марку «Delaforce» (и только: виноградники, погреба, вина и пр. остались в собственности Бриджа) старинному Дому «Real Companhia Velha».  Со слов Адриана, позиции Delaforce очень прочны в Германии и в Голландии. А чего продал-то? А потому, что портфель брендов не резиновый, считает Адриан, и усилия лучше сосредоточить на Taylor’s, Fonseca и Croft – глобальных и сильных марках.

Портвейны

Начнём, конечно же, с винтажей, со второй половины ХХ века: 1950, 1955, 1958, 1960, 1963, 1966, 1970, 1975, 1977, 1982, 1985, 1992, 1994, 2000, 2003 и 2007 годах. В Delaforce особо удачными считают 1927, 1945, 1955, 1963, 1967, 1970, 1977 (великий год – у всех производителей портвейн был наивысшей пробы), 1992, 1994 и (внимание !) 2007-й. Молодой винтаж, который сейчас просто найти и купить. По цене: около 40-50 евро в Европе, это немного для хорошего винтажа. Есть в продаже и в Первопрестольной. Многие пробовавшие знатоки находят его слишком ярким, сильные танины в начале, но  прекрасны и ноты фиалки на финише, и сбалансированость во вкусе. А что вы хотите – винтаж-то юный, со всеми присущими ему чертами.  Кроме классических, Делафорс производит винтажные портвейны категории Single Quinta Vintage, а производятся они на кинте Q. Da Corte, хозяйстве, известном с конца 18 века, но не находящемся в собственности Дома. Скорее всего, это тесные партнёрские отношения. Кинта расположена в очень удачном для портвейноводства субрегионе – долине речушки Торто.  Винтажи:  1978, 1980, 1984, 1987, 1991, 1995, 1997. Эти вина взрослеют быстрее, чем классические винтажи: получается так, что за десять лет они проходят в бутылке тот же путь старения, что  классические за 20.  Среди традиционных бочковых портвейнов два датированых тони: “His Eminence’s Choice” 10 лет и «Curious & Ancient» 20 лет. Типичные бочковые портвейны с «бородатой» репутацией, отменного качества.  Late Bottled Vintage (позже бутилированные винтажи) неоднократно получали престижные награды, хороши также портвейны категории Reserve, обычные руби и тони. Производство не ограничено только портвейнами: следуя тенденции последних десятилетий, Дом Делафорс изготавливает столовые вина, основой служат местные сорта винограда, в особенности  Touriga Nacional.

      Философия всей этой истории проста: поражение можно превратить в победу, изгнание можно расценить как расширение горизонта возможностей.  Нужно лишь две вещи: труд и немного везения.