10 Сен
2016
Опубликовано в: Porto - Новости, Разное
От     Коментарии

С днем портвейна — 2016!

день портвейнаИ вот снова праздник! А я чуть было не забыл, и если бы не поздравление от читателя блога под ником Auxano, пришедшее ко мне на почту, так бы и не вспомнил… Спасибо! Совсем погряз в делах и хлопотах, но теперь уж отметим! Взаимно поздравляю Auxano и всех, кто читает мою писанину. И вот, нашел в сети совершенно дурацкую версию происхождения одного из шедевров Пушкина. Кто автор — не знаю… Настоящий португальский портвейн в эпоху Пушкина уже вполне был доступен в Санкт-Петербурге и наверняка потреблялся «золотой молодежью» и не только.

«Зимнее утро». Пьеса в 1 действии.

день портвейна

 

 

 

 

 

 

 

 

 

1825 год, зима, полдень. Над заснеженным селом Михайловское — яркое солнце. В господском доме в спальне настежь распахнуто окно. По комнате в беспорядке разбросаны мужские и женские предметы одежды, нижнее белье, по полу перекатываются несколько пустых бутылок из-под вина, водки, портвейна и шампанского. На полу возле окна, свернувшись калачиком от холода, нагишом спит А. С. Пушкин. Дрожа от холода, Пушкин, не открывая глаз, просыпается.

Пушкин (громко): Мороз!!! (в сторону, как бы про себя) Итить твою в бога
душу, холод-то какой!

Пушкин приоткрывает глаза и резко зажмуривается от яркого солнечного
света.

Пушкин: И солнце! (про себя) Чего ж оно шпарит-то так, господи!!!!
(громко) День?????? (про себя) Который хоть час-то? Поди, полдень уже!
(громко) Чудесный???

Поднимается, набрасывает на себя плед, закрывает окно, пиная ногами
бутылки, подходит к кровати, с удивлением обнаруживает там спящую
барышню.

Пушкин: Еще ТЫ дремлешь?… (про себя) Это еще кто? Откуда она
взялась-то? Ни черта не помню… И башка трещит.. Как хоть звать-то ее?
(громко) Друг прелестный!?

Пушкин трясет барышню за плечи, та не реагирует, изредко похрапывая.

Пушкин: Пора! (про себя) Где ж я ее подцепил-то, а? Господи, а
страшная-то до чего! (громко) Красавица, проснись! (про себя,
оглядываясь по сторонам) Опять небось намешал вчера водку с
портвейном… Зарекся же еще в Лицее, ан нет, потянуло на старое….

Барышня в постели переворачивается и громко рыгает.

Пушкин, пихая ее ногой в бок: Открой сомкнуты негой взоры! (про себя)
Гляди-ка, разлеглась как. Где ж я подцепил-то ее, холеру такую? Неужто
Кюхельбекер приволок?

Приподнимает одеяло, заглядывает под него, изучая барышнины прелести. Не
обнаружив ничего путного, отпускает одеяло, скорчив гримасу
разочарования.

Пушкин: Навстречу северной Авроры (про себя) А еще пополудни сегодня
Керн обещалась зайти на рюмочку Шартреза… (громко) звездою Севера
явись…

Пушкин поднимается с постели и подходит к столику, выливает из штофа в
стакан остатки портвейна.

Пушкин, про себя: Ни черта не помню. Где был, с кем пил, откуда все это
бухло… И еще образина какая-то в постели… (громко, обращаясь к
барышне) Вечор ты помнишь???

Барышня невнятно мычит и мотает головой.

Пушкин, про себя: И она не помнит. А потом протрезвеет и начнет орать,
что снасильничал. А я и не помню. Кто же все-таки ее приволок-то?
(громко, разглядывая битую посуду в углу) Вьюга злилась…. На мутном
небе — мгла носилась…. (про себя) Ну напилась, ну зачем же бутылки-то
в стену швырять? Полные!!! С потрвейном!!!! Вся стена в пятнах теперь…
(громко) Луна — как бл…. (еле сдерживает приступ рвоты) бледное пятно
сквозь тучи мрачные желтела….

Барышня в постели опять громко рыгает и переворачивается.

Пушкин, про себя: Ну не корова? Небось, напилась вчера и обиделась!
(громко, обращаясь к барышне) И ты печальная сидела! А нынче??? (про
себя) ну встанет она в конце концов или нет? Не могу ж я вечно мучаться
неизвестностью, что вчера натворил? (громко, тряся барышню за плечи)
Погляди в окно!!!!

Барышня подскакивает и осоловевшими глазами смотрит в окно.

Пушкин, водя рукой у ней перед глазами, другой рукой приобняв ее за
плечо, медленно декламирует: Под голубыми небесами (барышня смотрит в
небо) великолепными коврами (барышня роняет голову, Пушкин поднимает ее
за подбородок) блестя на солнце снег лежит. (Барышня пытается закрыть
глаза и заползти под одеяло, но Пушкин настойчиво удерживает ее)
Прозрачный лес один чернеет, (барышня хлопает глазами) и ель сквозь иней
зеленеет (барышня пытается разглядеть ель, но у нее двоится в глазах) и
речка подо льдом блестит….

Барышня замечает у Пушкина стакан с портвейном, отбирает его и жадно
залпом выпивает.

Занавес.